Малый уголок

Эрик прошел по грунтовой дороге, которая вела к дому, и сел в кресло напротив комнаты Луизы. В доме было темно. Его окутывала такая тишина, что можно было подумать, будто его обитатели не спят, а умерли. Но в тишине этой не таилось страха. В ней было беспредельное умиротворение. Она вселяла покой. Она была приятной, как прикосновение нежной девичьей руки. Эрик вздохнул от полноты души. Им овладела грусть, но грусть, лишенная боли, оттого, что дорогой ему Кэтрин Фрис больше нет в живых. Никогда он не забудет той доброты, которую она выказала ему, когда робким зеленым юнцом он впервые приехал на остров. Он боготворил се. Ей было тогда сорок пять лет, но ни тяжелая работа, ни роды никак не отразились на ее великолепной стати. Она была высокая, с пышной грудью, роскошными золотистыми волосами и горделивой осанкой. Казалось, ей суждено дожить до ста лет. Она заняла место его матери, женщины с сильным характером и мужественным сердцем, которую он оставил на ферме в Дании, а Кэтрин любила в нем своих сыновей, рожденных ею много лет назад и отнятых смертью. Но Эрик чувствовал, что отношения между ними были глубже, чем могли бы быть между матерью и сыном. Никогда бы мать с сыном не могли так откровенно разговаривать, как они с Кэтрин. Возможно, общество друг друга не доставляло бы им тогда такого безмятежного удовлетворения. Он любил ее, восхищался ею и был счастлив уверенностью, что Кэтрин ему платит тем же. Даже тогда у него было слабое подозрение, что любовь, которой он когда–нибудь полюбит девушку, не будет такой умиротворенной, как его чистая привязанность к Кэтрин Фрис. Она была не из тех, кто много читает, но обладала огромным запасом лежащих под спудом знаний, собранных, если можно так сказать, бесчисленными поколениями на основе опыта всей ее нации, так что она успешно могла разговаривать с кем угодно на равных и противостоять всей книжной учености. В ее присутствии людям приходили в голову мысли, на которые они не считали себя способными, собственные слова казались интересными им самим. Она была по–житейски мудра, обладала спокойным чувством юмора и сразу подмечала нелепости, но сердце у нее было доброе, и если даже она подсмеивалась над вами, вы любили ее за это еще сильней. Самой замечательной чертой Кэтрин Эрику казалась ее искренность, такая безграничная искренность, что она освещала все ее существо и бросала свой свет в души всех, кто с ней общался."

"Сердце Эрика исполнилось теплого чувства благодарности при мысли, что жизнь ее была счастлива по заслугам. Ее брак с Джорджем Фрисом оказался идиллией. Когда Фрис впервые появился на этом далеком прекрасном острове, Кэтрин вдовела уже несколько лет.