Мальтийский крест Павла Первого

Ну, еще, конечно, Жанка…

Мама с чувством горького самопожертвования доела бутерброд и проговорила печально:

— Как же неблагодарна молодость! Она думает, что все еще впереди и все можно исправить. Что можно есть на ночь, не думая о лишних килограммах и о холестерине, что можно безнаказанно экспериментировать над своей внешностью… а исправить можно далеко не все… вот что теперь делать с твоими волосами? Допустим, перекрасить в более приличный цвет их можно, я завтра же позвоню Тамаре Васильевне, но с этой ужасной стрижкой ничего не поделаешь…

Тамара Васильевна — это мамина парикмахерша. Когда-то, в незапамятные времена, она работала в специальной парикмахерской при обкоме партии и все время об этом вспоминает. Мама к ней ходит уже много лет и страшно этим гордится. Меня в детстве тоже к ней водили, и я вспоминаю те времена с ужасом.

Тамара Васильевна бесконечно вспоминала о том, жены каких людей к ней ходили. Перечисляла фамилии, которых я знать не знаю. Потом добавляла, что волосы у этих жен были отвратительные — буквально три волосины в четыре ряда, и только она, Тамара Васильевна, своим мастерством могла сделать из них что-то приличное. Скажу сразу, я ей не верила, так не бывает, что все клиенты без волос, зачем тогда в парикмахерскую ходить?

В общем, потом мама решила, что мне нужно отращивать волосы, и походы в парикмахерскую прекратились.

Чтобы как-то увести разговор от Тамары Васильевны и вообще сменить тему, я сказала:

— Представляешь, мама, сегодня меня послали сделать материал о новой выставке в Михайловском замке, а там, на этой выставке, вместо восковой фигуры оказался труп. Представляешь — настоящий труп одного музейного сотрудника.

— Как?! — Мама, по-моему, не столько удивилась, сколько возмутилась. — Труп? Какой ужас! А мне говорили, что эта ваша газета — приличное место! Что она освещает события культурной жизни и предназначена в основном для приличной, интеллигентной публики!

— При чем здесь наша газета? — вступилась я за «Мойку». — Меня и послали, чтобы описать событие культурной жизни, открытие выставки, а труп там появился совершенно неожиданно, он не был предусмотрен программой.

— Но согласись, это закономерно, что он появился именно тогда, когда туда отправили именно тебя! Тебя, а не кого-то другого! Такая уж ты у меня… — Мама шагнула ближе и протянула руку, чтобы погладить меня по голове. Отчего-то в данный момент мне было неприятно ее прикосновение.

С грустью оглянувшись на холодильник, я решила, что лучше идти спать, авось не умру от голода до утра.

Удалось протиснуться мимо мамы и скрыться в ванной. Там я еще раз разглядела себя в зеркале.

Вот что хотите делайте, но мне начинал нравиться мой новый образ.