Маленькие Песцовые радости

Похожей меня Коленька пытался приложить, но там концентрация пожиже была, — уклончиво ответила она. — Защиту с дома я сниму, а личные артефакты не выдержат. Одна воронка останется. Я ее потом засыплю и поставлю новый дом.

«Нужно как-то сделать, чтобы взорвалось само. Тогда действуем по опробованному в поселке варианту, — задумчиво предложил Песец. — В том магазине были варианты домов очень и очень интересные…»

«Слух опять же запустим, что наши артефакты перебивают любые целительские проклятия», — с усмешкой добавил я.

Вариант, когда Живетьева будет уверена, что своими руками снесла собственный домик, и на участке не останется никаких закладок от нее, меня устраивал полностью.

— Уговорила, Арина Ивановна. Ты была очень убедительна. Но после поездки в собственный дом опять отправишься в заключение. Если не надумаешь дать клятву.

— Илюшу только жалко, — неожиданно выдала она. — У меня на него были такие планы. Но кем-то все равно придется жертвовать. Раз уж я жертвую Эрнестом, будет справедливо пожертвовать и представителем другой стороны.

— А ты жертвуешь Эрнестом?

— Он меня очень расстроил, — грустно сказала Живетьева. — А значит, из дома он не выйдет.

— Учти, что выносить вещи будете в присутствии моих людей, — неожиданно предупредил император. — Все проверим, всех найдем.

— Да не собираюсь я Эрни вытаскивать. Он знатно накосячил, пусть отвечает. Поехали, Костенька. Дело не терпит отлагательств.

— Действительно. Если сегодня Шелагины вступят в право наследования, завтра всё вернется ко мне и больше никто не захочет предъявлять претензий.

— Не всё Костенька. Ты должен пообещать мне вернуть участок, — встревожилась Живетьева. — Иначе я тратить заряд не буду, он невосполнимый, понимаешь?

До дома Живетьевых мне пришлось ехать с ними, причем даже с некоторыми удобствами. Да, император, который решил не полагаться на группу своих людей и то ли проверить все лично, то ли переговорить с Живетьевым, ехал с Ариной Ивановной в автомобиле представительского класса, на крыше которого теоретически тоже можно было расположиться. Но за ними ехала еще и колонна грузовых автомобилей, в кузове одного из которых я и устроился. Предполагалось, что император оказывает помощь Живетьевой по переезду.

На деле же он тщательно изучал каждую мало-мальски ценную вещицу и часть из них попросту отжимал в свою пользу под предлогом дальнейшей проверки. По лицу Живетьевой было понятно, что на возврат рассчитывать не приходится, поэтому у нее появилось желание взорвать дом вместе с тем, что там еще оставалось. Тем более что внука внутри она не обнаружила, хотя устроила допрос всем, кто проживал в доме: и членам своей семьи, и прислуге, и охранникам. Эрнеста Арсеньевича никто не видел.