Маленькая хозяйка замка Шгрив

— Теперь он ставит ультиматум, что позволит жене магичить только в присутствии самого магистра Таумана — личного лекаря его величества, — секретарь недовольно скривился.

— Ох, ты ж! А лорд Дункан что? — мужчина бочком протиснулся в приоткрытую створку.

— Не расслышал, но вот герцог Бреун изволит иронизировать, что закатывать истерику привилегия беременных женщин, а не их мужей.

— А кто беременна? — Норман немного растерялся.

— Как кто? Леди Ивонесса… вроде как… они подозревают… — пробурчал Вирош.

— Да-а, дела-а, — протянул управляющий и тут же спохватился. — Это чем же ему наш Кален не лекарь?

— Кален лекарь, но не маг!

Мужчины слаженно вздохнули и с подозрением прислушались к возникшей тишине в кабинете.

***

— Раф, ты мешаешь, отойди на пять шагов от меня! — попросила Ивон, не глядя на стоящего рядом мужа.

— Хорошо. Раз, два, три, четыре… всё, больше с места не сдвинусь! — Бурже нехотя отошёл от супруги на два шага и встал, сложа руки на груди. Угрюмо оглядел людей, окруживших поляну, в центре которой стояла его женщина. Ирвин Бреун о чем-то тихо разговаривал с Гарольдом Харуком. Дункан Эррол мрачно смотрел прямо перед собой и казался глубоко ушедшим в свои мысли. Пять теггирцев-наёмников, быстрых, сильных, смертельно опасных, незаметно присматривались к участникам поисковой группы, будто оценивая, кто на что способен. Два королевских мага — стихийник и менталист, прибывшие по личному указу его величества Генриха Х, равнодушно и даже как-то скучающе оглядывали окрестности. Кален Свонсон заметно нервничал, поглаживая бок своего лекарского саквояжа. Николас Михельсен с группой агентов и самим Вениамином Дринком с интересом следили за каждым движением леди Бурже.

— Я попросила на пять! — уже раздражённо бросила Ивонесса.

— Как скажешь, — более покладисто сказал её благоверный и сделал ещё один шаг назад, — не нервничай, я тебе совершенно не мешаю! — он уставился на профиль своей леди.

Герцогиня укоризненно помотала головой, глубоко вздохнула, настраиваясь, опустила голову и прикрыла веки, погружаясь в некий транс. Плечи расслаблены. Руки свободно опущены вдоль тела. Дыхание ровное. Столичные магистры, не скрывая профессионального любопытства, слегка подались вперёд, пытаясь понять сам процесс волшбы. На поляне установилась абсолютная тишина. Все ждали, кто с волнением, кто с нескрываемым интересом, кто с непроницаемым хладнокровием. С ветки чирикнув, вспорхнула какая-то пичужка, нарушив тем самым безмолвие на небольшом пространстве посреди зимнего леса. Ивон вдруг покачнулась и, подняв голову, открыла затопленные яркой лазурью глаза. Менталист медленно подошёл к женщине и встал напротив.