Маленькая хозяйка большой таверны

– Все относительно в этом мире, – сообщила ему, и доктор со мной согласился, но уже после того, как пригубил вторую рюмку и спросил, не найдется ли у нас сладкого пирога к чаю.

Жизнь Ставроса определенно начинала налаживаться, чего я не могла сказать о своей.

Оставив его завтракать под надзором Марии, я взяла выписанные рецепты, после чего, позвав Леннарта, во второй раз за это утро покинула таверну.

На этот раз я собиралась посетить Ратушу, чтобы заплатить налоги и подтвердить свою дарственную – мне совершенно не хотелось проблем с властями, – а потом уже решить, стоит ли мне закладывать свое единственное украшение.

Но перед этим я думала взглянуть на то, что стало с особняком де Эрве на улице Острых Клинков, и, если получится, забрать оттуда кое-что из одежды.

А если нет, то Боги им судьи, этим Клинкам и Лилиям, из-за которых мы с дочерью остались на улице без ничего!..

Из Ратуши на свободу я вырвалась только через два часа, отстояв длиннющую очередь. Внутри собралось слишком много желающих подать жалобу на действия Лилий – вернее, на их злодеяния – и запросить компенсацию за ущерб, причиненный собственности уличными боями.

Правда, никто не знал, дадут ли эту компенсацию и будет ли толк от жалоб, поэтому в очереди порядком нервничали, время от времени срываясь на крик.

А еще она совершенно не двигалась.

Наконец, когда я уже стала подумывать, что здесь состарюсь и умру, снова вмешался Леннарт. Поймал одного из секретарей, с озабоченным видом спешивших по коридору, и намекнул ему, что я пришла заплатить налоги, а вовсе не клянчить деньги из казны.

Подозреваю, именно из-за этого очень скоро меня вызвали в кабинет, куда я отправилась под ненавидящими взглядами толпы. Но мне было не привыкать…

В кабинете пожилой чиновник долго рассматривал мою дарственную, паспорт и бумагу, выданную королевским магом Эдвардом Блейзом. Признаюсь, я затаила дыхание, ожидая какого угодно отношения, включая и то, с которым я столкнулась в доме доктора Эзнера.

Но проклятий в свой адрес я так и не услышала, и деньги у меня тоже взяли. Только вот за регистрацию дарственной и разрешение на работу на новое имя с меня мстительно содрали чуть ли не втрое больше, чем я ожидала. Куда больше той суммы, которую мне озвучил Леннарт!..

Но делать нечего, пришлось заплатить.

Поэтому к дому ломбардщика я явилась без единого дукара и готовая почти на все.

Но только не на то, что он мне предложил.

Впрочем, сперва меня встретили крайне приветливо и проводили в святая святых хозяина – в роскошный кабинет с изящной и дорогой мебелью и тяжелыми бархатными гардинами, закрывавшими окна.

– Неужели ко мне пожаловала сама красавица-вдова Лорейн де Эвре? – произнес господин Шерц, вышедший навстречу.