Малец

Но не подумайте, что так все плохо, по сравнению с тем, что было раньше, нынешнее состояние можно считать идеальным порядком и скольких сил мне то стоило, отдельный разговор. Полный порядок, навести на таком производстве, было в принципе невозможно и все потому, что постоянные строительные и ремонтные работы соседствовали с производственным процессом. Вот и сейчас я лавировал между работниками, которые разбирали одну из печей выработавшую свой ресурс, а делать подобную работу приходилось часто, после десяти — пятнадцати режимов прокаливания. Для того чтобы увеличить срок жизни печи вроде как нужен асбест, а где я его сейчас возьму? Знаю, что в Саянах есть, и даже своими глазами видел, когда в походы по «молодости» ходили, но потому и надежды не питаю, добраться туда совсем не просто, и много не возьмешь, а нужно его много. Нет уж, дешевле просто перекладывать рабочую часть печей.

Пройдя через основной цех и миновав еще пару вспомогательных, кивнул казаку, стоявшему (нет, скорее сидевшему) на часах при входе в один из моих секретных цехов. Именно в таких цехах отрабатывались технологии и делались вещи, о которых никто не должен был знать.

— Здравствовать тебе, Тимофей Иванович, — поприветствовал я грузного мужика с густой рыжеватой бородой, — что там с новой эмалью? Получилось чего дельного?

— А то ж, — кивнул мне, отвечая на приветствие, мастер, — вот седьмой замес от третьего дня, каление выдержал и от воды не потрескался, когда плеснул. Только цвет у него…

Да, цвет действительно не очень, в наше время его называют цветом детской неожиданности, но кажется, я знаю чего делать, чуть изменим состав и цвет сменится с коричневого на зеленоватый или серый, и можно будет пустить в серию. Однако ж мне нужен белый, а вот с этим пока не получается, хотя определенные успехи есть. Я крутил в руках образцы, сделанные из пластинок железа покрытых эмалью, и внимательно осматривал их на предмет образования трещин, беда с этим делом, это сегодня у нас эмаль гладкая, а до этого два месяца голову ломали, пока не догадались предварительно покрывать голое железо грунтом, а потом тремя слоями стеклянной эмали. Да и обычная стеклянная эмаль на основе поташа для этого дела не годилась, слишком высока температура остекловывания, пришлось соду в озерах на малом море Байкала добывать, немного, с пуд выпарили, но для экспериментов хватает. В общем — пляски с бубном. Конечно, мастер пока не сильно заботился чистотой накладываемой эмали, поэтому на некоторых образцах возникли нитевидные рисунки от различных присадок, причем иногда они складывались в осмысленный узор.