Малая: Жизнь после тебя

— Моя дочь тебе обо всем и так рассказала. К чему повторяться?

— Думаешь мы с Линдой обсуждали тебя? — Север зло усмехается. — У нас есть более приятные темы для разговоров. Хотя теперь мне ясно, почему она вернулась. Потому что она гораздо лучше тебя.

— И гораздо лучше тебя, уличного бандита, — холодно вставляет отец. — Линда мой единственный ребенок, и она выросла такой благодаря мне.

— Да ты прямо образцовый отец. А где ты был, когда ее три отморозка за город отвезли, чтобы общак стребовать? Она, блядь, могла погибнуть или быть изнасилованной.

Не знаю, почему я до сих пор стою без движения и слушаю этот агрессивный, полный неприязни диалог. Нужно выйти из-за двери и по очереди посмотреть им в глаза. И отцу и Северу. Оба в какой-то мере предали меня.

— Если бы она осталась со мной в Испании — ничего бы этого не случилось. А сейчас не сбивай меня с мысли — это в твоих интересах. — Отец обходит диван и встает напротив Севера. — Оставь в покое мою дочь. Я ее не бандитской подстилкой растил. Я планирую навсегда уехать из страны вместе с ней, подальше от местных отморозков и разборок. Хочу дать ей то будущее, которое она заслужила. Тебе же в качестве отступных предлагаю… все правильно: деньги. Бабки, лавэ, зелень… Верну лично тебе половину общака. Сойдет за признание?

Я уже не понимаю, дышу или нет. Кажется нет, потому что в легких печет и глаза странно слезятся. Отец предлагает Северу деньги в обмен на отказ от меня. Зачем? Разве ему на меня не плевать?

— Сойдет, — глухо произносит Север после затяжной паузы.

— Что ты будешь делать с деньгами, мне плевать. Можешь себе оставить, можешь семьям пацанов раздать… Жалко их конечно. — Отец сочувственно вздыхает. — Не хотел я, чтобы так получилось. Человеческая жестокость, Север… Все из-за нее.

— Какая же ты мразь, Мудрый.

— Это я уже много раз от тебя слышал. Ты вроде давно не зеленый, но продолжаешь идти на поводу у эмоций. Как девка прямо. Ты меня услышал? — Тон отца становится жестким. — Предложение действует здесь и сейчас. Ни через час, ни через два, ни завтра. Прямо сейчас переведу тебе на счет охуенную сумму, если ты раз и навсегда оставишь Линду в покое. Это честная сделка.

— Ты это серьезно?

— Серьезнее не придумаешь. Денег у меня столько, что до конца жизни не потратить, а дочь одна. Только не говори о любви до гроба. Я тебя давно знаю. Бабы для тебя как зажигалки. Гореть перестало — выбросил и купил новую.

Секунды в ожидании ответа Севера тянутся так долго и мучительно, что меня скручивает новым позывом тошноты. Что если он ответит согласием, если снова выберет свое прошлое? Как дальше жить мне??

— Ни хера ты обо мне не знаешь. — Его слова рассекают воздух как острое лезвие. — Бабки эти себе в задницу засунь. Семьям пацанов я из своих помогаю.