Макото. Том первый

Сделай ему предложение, от которого он не сможет отказаться. Соглашайся на любые его условия, но перетяни на нашу сторону. Если это у тебя получится, то никто не посмеет обвинить нас в уничтожении рода Лопухиных. Можешь использовать любые ресурсы. А теперь иди, мне нужно отдать необходимые распоряжения.

Филипп только кивнул. Он с огромным трудом смог подняться на ноги. На большее его не хватило и он неуклюже завалился набок. На этот раз стон боли всё же вырвался из обожжённого горла.

— Целителя сюда! — заорал Александр Григорьевич и сразу же забыл о сыне, с головой погрузившись в разгребание того дерьма, что этот олух натворил.

Главный герой

Глава 5

И снова боль. Это становится очень плохой привычкой приходить в себя от сильнейшей боли. Голова просто раскалывалась. Скорее всего, это от чрезмерного притока энергии, что я получил, когда купировал свечение. Такое уже случалось со мной пару раз. Нужно было просто дать мозгу отдохнуть, пару часов не пользуясь псионикой. И на пару часов остаться полностью отрезанным от внешнего мира. Что для меня сейчас было непозволительной роскошью.

На этот раз я уже не пытался открыть глаза, а сразу активировал зону маны. К моему дичайшему удивлению радиус поля сократился метров до двух. И это несмотря на то что вокруг по-прежнему в свободном доступе бушевал океан пси-энергии.

Сделав маленькую проверку собственных возможностей, загнул такую матерную тираду, что даже стало малость стыдно, перед самим собой. Почти вся энергия уходила на поддержание защитной оболочки, что сдерживала, разрывающее меня на куски свечение. А той энергии, что ещё оставалась, хватило, чтобы растянуть зону маны лишь на пару метров.

Я лежал на заднем сиденьи чёрного внедорожника. Нас знатно потряхивало. Явно местные дороги не эталон качества. Пару раз подпрыгнув на особо больших выбоинах, приложившись и без того гудящей от боли головой об жёсткий подлокотник я попытался сесть. При этом свалил несколько пакетов, с неизвестным содержимым, что стояли у меня в ногах. Раздался звук бьющегося стекла, в нос тут же ударил запах спиртного.

С переднего сидения ко мне повернулся молодой черноволосый парень, с сигаретой в зубах и что-то произнёс на своей тарабарщине. Он выглядел очень уставшим. Его чёрная, потрёпанная униформа напомнила мне чёрный вихрь, что я видел, перед тем как вырубиться.

— Не понимаю. — ответил я парню.

После этого попробовал сказать ещё пару фраз, на английском и немецком. К сожалению, из латыни, на которую был похож местный язык, я знал лишь Veni vidi vici — пришёл, увидел, победил. Но и эта фраза, не принесла положительных результатов.

Парень смотрел на меня с не меньшим удивлением, чем я на него.