Приключения майора Звягина. Роман воспитания

— Окна, форточки — закрыты?

— Дверь в лоджию и форточки в кухне и детской открыты и закреплены специально приделанными крючками.

— Итак, — подытожил Звягин, — вырисовывается следующее.

Гость вошел в подъезд — знал код, или кто-то из жильцов как раз входил-выходил. Поднялся на лифте. Позвонил в дверь. Хозяин посмотрел в глазок, впустил его. Они позавтракали. Возник тяжелый разговор, спор. Гость ударил его вазой по голове. Увидел, что он мертв. Стер возможные отпечатки пальцев, протер возможные следы на полу и вышел, защелкнув за собой замок.

Первое. Гость пришел без намерения его убить. Иначе воспользовался бы не вазой, а другим оружием.

Второе. Гость рассудителен и хладнокровен. Совершив убийство, постарался замести следы.

Третье. У них возникло крупное разногласие по серьезному поводу. Прийти в такую ярость, чтоб бить человека вазой по голове, из-за мелочи может только пьяный или психопат. Но пьяный утром хочет опохмелиться, а не есть, психопат же не сообразит стереть следы, он будет близок к невменяемости.

Для начала опросим всех соседей по подъезду, детей, пенсионеров: видел ли кто-нибудь незнакомого мужчину, в дверях, в лифте, на лестнице.

— Само собой. Опрошены буквально все. Никто ничего определенного не видел и не слышал. Дом заселен всего два года назад, большинство жильцов друг друга не знает. А людей ходит много.

— Ждал ли убитый кого-нибудь в то утро?

— Нет. Жена говорит, что он собирался до ее прихода починить воздушную вытяжку над газовой плитой.

— Кто же это в принципе мог быть? Порассуждаем.

Этот человек знал, что хозяин на несколько дней вернулся с моря домой.

Это какой-то его знакомый, или же сказал о себе, что он от знакомого. Иначе с чего приглашать его в дом и кормить завтраком.

Кому еще можно открыть дверь? Почтальону, сантехнику, монтеру, врачу. Но они не станут ни завтракать, ни, тем более, убивать. Однако спокойнее проверить: Ленэнерго, санэпидемстанцию, бытовое обслуживание, — никто в то утро не мог там оказаться?

— У тебя широкий охват, — покачал головой Юра. — Легко сказать. Но мы действительно проверили: нет, никого не было.

— Молодцы, — сказал Звягин. — Давай теперь очертим круг всех, кто знал о его возвращении. Мать. Врач в больнице. Диспетчерская служба пароходства, очевидно. Наверняка — подруги жены в парикмахерской, она просила ее подменить. Кое-кто из соседей, видимо. Родственники в Ленинграде у него еще были?

— Жена кому-нибудь еще говорила о его возвращении?

— А дочка? В каком она классе?

— В четвертом. Тоже никому не говорила. Дети в школе обычно ничего не говорят о делах своей семьи, у них свои темы и интересы.

— Все равно набирается довольно много народа.

— И ни у кого из них нет никаких побудительных мотивов для убийства. Проверяли.