Князь. Война магов

Андрей с облегчением поднял полусотню в седло и с места пустил в галоп – чтобы уж никто более ни с какими слезами перехватить не смог. Галоп, галоп, галоп – спустя час они выбрались на знакомую накатанную дорогу и повернули налево, к Казани. Иван Григорьевич ехал на удивление тихий, погруженный в неведомые думы. Причем тяжкие, судя по тому, что время от времени брался за рукоять сабли. Когда же дорога описала петлю по краю зеленого, поросшего тиной и ряской болота, боярин неожиданно для всех сорвал с себя чалму и зашвырнул ее далеко в вонючую жижу.

– Чтоб вы передохли все до последнего!

Князь Сакульский усмехнулся, но промолчал. Такой боярин Выродков стал очень скучным спутником. Но нравился почему-то намного больше.

За болотом дорога снова повернула на восток, однако Андрей, почуяв что-то неправильное, натянул поводья, свесился с седла.

– Вроде как тропинка тут дальше мимо вязи тянется. А, Иван Григорьевич?"

"– Какая тебе разница, Андрей Васильевич? Казань-то впереди! Коли поторопимся, к вечеру ужо в ней будем.

– А я не тороплюсь, – тихо ответил Зверев и тронул пятками скакуна, направляя его сквозь плотную стену лещины.

Кустарник раздвинулся, пропустил всадника. Дальше открылась темная вековая дубрава. Каждое дерево – в пять обхватов толщиной.

– Как они ровненько растут. Все одного возраста, на одной линии стоят и расстояние друг от друга одинаковое. Что бы это значило?

Что хорошо в дубовой роще – так это полное отсутствие подлеска. Ничто в ногах не путается, двигаться не мешает. Князь пошел рысью, стремительно пересекая лес, взметываясь на холмы и скатываясь вниз. Потом дубрава вдруг оборвалась, и Андрей натянул поводья, рассматривая сплошные ивовые заросли впереди. Не лес, выше человеческого роста кусты не растут – значит, там сырость. Но ива – не камыши. Получается, что и не болота.

– Андрей Васильевич!

Князь обернулся. Подъехал к Изольду, спешился. Глазастый холоп разглядел в траве лошадиный череп, лежащий мордой к дубраве.

– Никак, волки зарезали?

– А где тогда остальные кости? С собой унесли? – Зверев пошел вдоль края ивовых зарослей и вскоре набрел на второй череп. А еще через десять сажен увидел такой же точно череп, но насаженный на шест.

– Что это, Андрей Васильевич? – полюбопытствовал Изя.

– Похоже, там, впереди проклятые земли. Вот их черепами и огородили.

– Ясно, княже. Так куда же мы теперь?

– Конечно, туда. – Андрей вернулся в седло и стал решительно проламываться сквозь кусты.

– Свят, свят, – перекрестился Пахом, тронулся следом. Его примеру последовали остальные холопы.

– Мудрит Андрей Васильевич, ох, мудрит, – покачал головой боярин Выродков, пропустил своих слуг и поехал замыкающим, на всякий случай перевесив щит на переднюю луку седла.