Магистраль

Крикова медленно поднесла «кольт» к глазам отца и, любуясь его ужасом, задержала дыхание.

— Ты наконец-то плачешь, — сказала она. — Я все-таки дождалась…

Этот выстрел прозвучал громче, чем предыдущие четыре, вместе взятые. Старик откинул голову и повалился на спину. Теперь между ним и клоном не было ничего общего: скрюченное тело, уткнувшееся лицом в землю, под которым влажно темнела большая лужа, — и распластанный, словно в полете, человек с входным отверстием над переносицей.

— Господину Шороху тоже надо заплатить, — сказала Крикова сухо, по-деловому. — С вычетом за подлог.

— Воля ваша… — Федяченко протянул Лису две карточки.

— Мальчики! Поедем уже. Пыльно…

Перед ней открыли дверь. Она подошла к «Линкольну» и, взяв револьвер за ствол, брезгливо отшвырнула его куда-то в сторону.

— Это было неосмотрительно… — посетовал Федяченко, и двое из трех охранников без приказа ринулись за «кольтом».

Они бродили по кустам минут пять, перепачкали все брюки, но оружия так и не нашли. Крикова начала выказывать нетерпение, и водитель длинно просигналил. Телохранители подбежали к машине и запрыгнули в салон. Последним погрузился тот, что следил за Олегом. «Линкольн» задним ходом откатил от черной «Волги» и, развернувшись, направился по извилистой дороге обратно.

Лис почиркал зажигалкой и приблизился к Шорохову.

— Дай прикурить. А станнер не трожь, — проговорил он буднично.

Олег шагнул в сторону и хмуро посмотрел на два трупа.

— Звони Лопатину, — распорядился Лис.

— Кому?… Лопатину?! Даты…

— А старухе в театр хорошо бы. — Зажигалка после десятого щелчка все-таки дала огонь, и он затянулся. — Могу поспорить, каждую фразу перед зеркалом шлифовала. Наверно, еще и с заряженной пушкой. И с надеждой, что случайно в себя выстрелит, Кстати! Ствол-то они там не нашли. Да, май фрэнд?… — подмигнул Лис. — Кто-то опередил, не иначе… Ладно, ладно, мне он не нужен. Звони, говорю, Вениаминычу, а то он волнуется.

Олег, подозревая Лиса в блефе, набрал номер. Ответа он не ждал — Лопатина тут сейчас не было, соответственно, не было и его телефона.

Ответили после первого же гудка.

— Шорох? Как там у вас?…

— У нас… хуже некуда.

— Угум… Покури пока.

Шорохов от растерянности вытащил пачку «Кента». Лис стоял к нему лицом — Криковы, прототип и клон, лежали за Олегом, и диггер не мог их не видеть. Тем не менее он увлеченно пускал кольца.

— Полтора лимона тебе, фрэнд, не обломится, — сказал он. — Значит, это байка…

— Полтора миллиона евро, которые ты якобы получил. Держи. — Лис помахал зажатой в пальцах карточкой. — На этой пятьсот тысяч. Хотя основной кайф Крикова словила с твоей подачи. Без первого действия спектакль был бы скучнее. Она очень на него рассчитывала.