Магия белых ночей (сборник)

Мальчишка подошёл, опасливо озираясь.

– Чего вам, барышня?

– Ты же здесь постоянно крутишься?

– Я ничего плохого не делаю!

– Тише, – оборвала я его. – К дому этому никто не подъезжал?

– Дык позавчера ж всё ездили… – поняв, что бить не будут, он недоуменно захлопал белёсыми ресницами. – Масленица же.

Мы с Мезенцевым переглянулись.

– А у дома кто-то останавливался?

– Агась, – мальчишка шмыгнул и вытер нос рукавом. – Барыня какая-то.

– Ну, как вы… – он снова хлопнул ресницами. – Красивая и одета богато. Токмо у вас волос-то тёмный, а у нее – светлый и глаза – что майское небо.

– А кони какой масти? – вмешался Мезенцев.

– А, дык енто, белые, жирные такие и мохнатые…

– Четверо. И карета вся разукрашена…

– Спасибо, – капитан сунул мальчишке медяк и повернулся ко мне. – А вы, Варвара Михайловна, не промах.

– Блондинка с голубыми глазами, – вздохнула я. – Да тут пол-Питерсбурга под описание подойдёт.

– Не забывайте, Варвара Михайловна, что эта блондинка – магичка и разъезжает на расписной карете с четвёркой белых коней.

– Смолянка, как и вы. Не желаете ли прокатиться до альма-матер?

Выбора не было, и мы, оставив солдат в помощь тушившим пожар, направились в Смольный.

Мы приехали как раз в тот момент, когда учениц вывели на прогулку. Весело смеясь, они носились по дорожкам, а у меня защипало в носу от нахлынувших воспоминаний.

– Тогда вы были более снисходительны ко мне, – вдруг прошептал Мезенцев, коснувшись моей руки.

– Тогда я полагала, что значу для вас что-то, – так же тихо ответила я. Он бросил на меня странный взгляд и хотел продолжить, но мы уже приехали. Одна из младших наставниц проводила нас к начальнице института. Меня наставница не признала, слишком уж кокетливо она поглядывала на моего спутника.

– Прошу, месье, – прощебетала она на французском, открывая дверь и отступая. Я невольно сглотнула и придвинулась ближе к капитану. К мадам-начальнице нас вызывали только в экстренных случаях, и страх перед ней был всё ещё силен. Алексей ободряюще улыбнулся и вопреки этикету вошёл первым. Я моментально последовала за ним.

Юлия Фёдоровна, грузная дама почтенных лет, сидела за своим столом. Она смотрела на нас поверх очков, отчего мне вдруг захотелось опустить голову и покаяться. Даже присутствие капитана вдруг стало очень… неприличным. Алексея взгляд ничуть не смутил.

– Прошу прощения за беспокойство, мадам, – начал он. – Но дело срочное.

– Присаживайтесь, – кивнула мадам-начальница. – Троицкая, рада вновь вас видеть.

– Я тоже, Юлия Фёдоровна, – пробормотала я, присаживаясь на край стула и чувствуя, словно совершаю святотатство.

– Слышала, ты вернулась на службу?

– Правильно. Служение государю – высшее счастье. Итак, чем обязана?

– Мы ищем кое-кого, – пояснил Мезенцев.