Мадам Белая Поганка

Локтева Авдотья Филипповна. Меня сопровождала экскурсовод. Она, похоже, биографию каждого там похороненного знает.

– Почему Нину Сергеевну называли Зельдой? – спросила я.

– Она никогда не говорила об этом, а я не интересовался. Зельда и Зельда. Вроде мама так представилась, когда с папой познакомилась.

– Спасибо, – поблагодарила я Мирона и убрала телефон.

– Интересно, – протянул Коробков, – кладбище имеет статус музея, на сайте у них написано, что там находятся могилы с незапамятных времен, рядом расположена бывшая усадьба. Экскурсанты покупают билеты для осмотра особняка и погоста. Касса работает в среду и пятницу.

– Завтра среда, – обрадовался Никита.

– Вот и отлично, мы с Таней туда скатаемся, – решила Ада, помолчала и добавила: – Ну, это просто мое желание. Начальник особой бригады Сергеева. Ей решать, кто, куда, когда и зачем отправится."

"Я сохранила невозмутимый вид. Когда Ада Марковна, Никита и Миша пришли к нам на работу, Дюдюня чувствовала себя полной хозяйкой моей бригады. И понятно почему. Ада Марковна много лет прослужила в системе бригад, когда ею руководил Никифор, отец моего мужа. С Риной они лучшие подруги, а Иван Никифорович для Ады просто Ваня, мальчик, который в детстве сидел у нее на коленях. Ну, согласитесь, трудно выполнять приказы того, кого знал неразумным малышом, и сложно подчиняться его жене. В свое время Ада отправилась на пенсию. Но сотрудники особых бригад не уходят навсегда, они превращаются в «спящих» агентов, их в любой момент могут вернуть в строй. Забыть не могу, как в кабинет мужа позапрошлым летом вошла милая старушка в фартуке поверх платья и со скалкой в руке.

– Ваня! – бодро произнесла она, не обращая на меня ни малейшего внимания. – Я прибыла по приказу.

Иван Никифорович прикрыл голову руками.

– Валентина Петровна, знаю, виноват, только не бей меня скалкой для теста.

– Где она? – спросила пенсионерка.

– У тебя в руке, – уточнил Иван.

– Господи, зачем я прихватила раскатку? – изумилась бабуля. – Услышала сигнал тревоги и рванулась, как всегда, со скоростью резвого коня вперед. То-то на меня таксист странно смотрел.

Я ушла из кабинета, оставив бабулю и Ивана беседовать вдвоем. Но любопытство замучило меня, по дороге домой я спросила:

– Старушка со скалкой – это кто?

– Уникальный специалист по дешифровке, – ответил муж, – разгадает любой код. И кокетливо говорит: «Ой, таблицу умножения я так и не выучила. Семью семь это сорок семь?» Отпросилась на пенсию, хотела внуков нянчить. Но мы столкнулись с проблемой, пришлось Валентину Петровну из «спящих» вытаскивать.

Ада же, уйдя из бригад, занималась консультациями семейных пар. Не один год Иван Никифорович умолял ее вернуться назад.