Всё начинается со лжи

— Я, — выдох получился тяжёлый, когда я в упор посмотрел на Костю. — В общем, не то, чтобы я пришёл просить разрешения. Просто обозначу, что хочу сделать Эльвире предложение.

Он развёл в сторону руки.

— Не то, чтобы я имел право тебе запретить. Но не знаю, в курсе ли ты, что я на днях уезжаю?

— Не в курсе. Куда? — удивился я.

— Неважно. Далеко и, возможно, насовсем. Уезжаю работать в другой город. Но хочу, чтобы ты тоже знал: если она тебе откажет, или если вдруг решит приехать ко мне, я отговаривать её не стану.

— Она не решит, — уверенно качнул я головой.

— Не говори «гоп», — усмехнулся он. — Она связана обязательствами, о которых ты и не подозреваешь. У неё докторская, работа и свои планы на жизнь, которые она возможно, не захочет менять ради тебя. Как-то же она жила эти четыре года, — он кивнул на Матрёшку. — И то, что ты явился не запылился и решил вот так с кондачка: люблю, куплю, полетим, возможно, для неё не так много и значит. Я понимаю, да, что это твой ребёнок…

— Это Эльвира тебе сказала? — перебил я. — Что я её отец?

— Эльвира, — кивнул он. — Да оно и невооружённым глазом видно, Машка же вылитая ты. Глаза, волосы, эта ямочка, — показывал он на себе. — Но вместе с тобой у неё появилось столько проблем, так всё усложнилось, что я бы не решился предсказать что она выберет. Да и тебе бы, честно говоря, разобраться сначала со своей бывшей невестой и её проблемами.

— Её проблемами? — удивился я. — То есть ты в курсе?

— Примерно. Но и того, что я знаю, — он провёл рукой по шее. — Мне вот так.

— Эльвиру это всё никак не касается.

— Ещё как касается! — сказал он, словно отрезал. И столько силы и какой-то мужской жёсткости было в этом невзрачном парне, что я невольно осёкся, а он продолжил. — Твоя бывшая невеста втянула её в это. И мой тебе совет: если они тебе действительно дороги, пока всё не разрешится, держись от неё и Машки подальше.

— Не разрешится что?

— Ваши дела с Алескеровым. Уверен, это же твои дела, из-за которых бедную девчонку били, насиловали, душили и истязали несколько часов к ряду.

— Ты уверен? — нахмурился я.

К горлу подступил ком и неприятно заскребло сомнение: а так ли всё было, как я это понял. Может, она и правда попала в беду? В настоящую беду? Такое знакомое, гадкое, липкое сомненье волной прошло по телу.

— Ля! — выругался Костя. — Я там был. И я судмедэксперт, если ты не заметил. Разбираться в этом — моя работа.

— А Эльвира тут причём?

— При всём. Кто-то же должен был помочь твоей невесте.

— Бывшей, — машинально уточнил я.

 — Да, да, бывшей. Которую ты так поспешно бросил. И рядом с которой оказалась только Эльвира. Конечно, она не смогла остаться в стороне. Но все эти вопросы ты должен задать не мне. И даже не Эльвире. Разберись уже с этим, твою мать! Или я сам увезу их отсюда подальше.