ЛВ 3 (СИ)

Поразмыслив, предположила:

«Нежить видать требовалась…»

И саму от мысли такой передернуло, да только боюсь верная она, мысль эта.

Села я осторожно, чтобы аспида навродь спящего не потревожить, руку его все так же держа, да и попыталась мысль свою обосновать:

— Деревенька-то была закрытая…

«Тише ты!» — прикрикнул леший.

Тут то и поняла, что вслух говорю. Вернулась к изначальному.

«Деревенька-то была закрытая, упырица за ночь ту кого порешила, а кого и скверной заразила, в нежить обратив. Чародейкам же та нежить надобна была».

«А для чего надобна-то?» — вопросил лешенька.

А я ж почем знаю-то?"

"«Может Гиблый яр охранять-оберегать от магов? — предположила рассеянно. — Агнехран туда несколько раз с отрядом ходил, да до цели ни разу не добрался. И это он-то, архимаг цельный».

«Думаю твоя правда, коли в Гиблом яру была их надежда на спасение, тогда и защищали они его как могли. Но и на случай, если проиграют в войне необъявленной, заготовились… чтоб им плесенью поганой обрасти!».

Это уж точно. Поежилась я, беда то миновала, а страх остался.

«С таким количеством энергии никто бы не справился, — тяжело это было говорить, но что правда, то правда.- Повезло нам во многом. В том, что с Водяным дружим, и он подсобил, с тем, что Ярина да каменный леший на нашей стороне, с тем, что ты у меня опытный.»

«А больше всего с тем, что ты ведьма», — усмехнулся леший.

«А как ведунья не справилась бы, — призналась с ужасом».

«Все, Веся, все, прошло уж, миновало, — успокоить лешенька попытался».

«Миновало ли, вот в чем вопрос…» — и страх мой он вернулся с силой утроенной.

Помолчали мы с лешим, над ситуацией мрачно размышляя.

«Наш лес чист, — сказал после раздумья недолгого леший, — но у чародеев каждой твари по паре… Волков подниму, нечисть всю, под каждый пенек загляну, по каждой поляне пройдусь. Однако, и ты и я, мы наш лес чувствуем, есть ли в нем тропы неизведанные?»

«Нету». — леший тут прав был, мы свой лес как пять пальцев знали. Весь знали.

Однако вот о чем я подумала:

«Николу с собой возьми».

«Савранова мальца? — уточнил соратник мой».

«Его самого. У него, лешенька, дар есть — он видит то, что когда-то было. Мы с тобой только то, что есть. Возьми его, о помощи попроси, малец смышленый, его не затруднит и в тягость не будет, а нам с тобой взгляд иной он не помешает».

Кивнул леший, соглашаясь, да и поднялся.

«Раньше начну, раньше закончу, — мне сказал. — А ты поспи, Веся. Да и вот что — мазь то тебе лечебную от водяного принести?»

Ничего не говоря, я молча развернула ладонь свою, показав лешему чистую, без шрамов, невредимую кожу. Застыл лешенька, на меня смотрит напряженно, да и молвит:

«Веся, но если где-то убыло, то где-то… прибыло ведь».