ЛВ 3 (СИ)

После кто-то на порог спрыгнул и в избушке раздалось потрясенное:

— Веся…

И шаги быстрые. И ладонь к щеке прижалась, и дыхание к губам, и голос дрожащий:

— Веся, жизнь моя, свет мой, счастье мое, что же ты? Что с тобой? Весенька!!!

И еще что-то. Слова быстрые, голос срывающийся, вопросы без ответа остающиеся, да руки, стремительно по телу скользящие. Руки, под подол рубашки нательной пробравшиеся, да до груди не притронувшиеся — все понял он, едва к ребрам прикоснулся.

— Да что б тебя, Веся! — рык, от которого вся избушка болотная содрогнулась.

И, кажется, вспыхнул круг алхимический.

***

Больно…

Чьи-то руки деловито и быстро касаются кожи под грудью, а надо мной раздается голос:

— Еще на миллиметр выше, и я тебе шею сверну! — и голос знакомый такой.

Даже почти родной. Очень родной…Точнее был когда-то почти родным…

— Лорд Агнехран, вы сами сказали, что магией нельзя. Понимаю ваши чувства, но не мешайте мне выполнять мою работу.

Убийственная тишина в ответ и вдруг сдавленное, полное отчаяния:

— Что это? Как в принципе можно было получить подобные повреждения? Кто мог сотворить такое? Как?!

Чьи-то руки все туже перебинтовывают, я чувствую влагу пропитанных гипсом бинтов, но мне уже даже не холодно.

— Сложно сказать, — ответил тот, кто был ближе, кто касался меня, — повреждения и на физической оболочке, то есть как вы сами имеете возможность наблюдать — на теле, так и на не физической. Удивительно, что она все еще жива. Добавьте к этому полнейшее истощение. Сколько она не ела?

Пауза и хриплое:

— Я не знаю. Я нашел ее лишь спустя полторы недели.

— Но о ней заботились, — уверенно заявил чужой голос.

— Да уж, зззззаботились! — прорычал охранябушка.

И я улыбнулась невольно.

А это заметили.

— Веся! — другие руки, теплые, родные, нежные, дрогнувшие при прикосновении к щеке. — Веся, ты слышишь меня?

— Да… — хотела было ответить, да лишь шепот вышел хриплый.

— Веся, — лицо ладонями обнял, лбом ко лбу прижался, — Веся…

Я глаза открыла, в его глаза синие посмотрела, что рядом были, близко-близехонько, да и спросила сразу:

— Где я?

Смотреть трудно было. Глаза открытыми держать тоже трудно, но я держала, и я смотрела. В омуты его синих глаз смотрела через силу, и ответ ждала напряженно. Он это понял. И хоть отвечать не желал, а и лгать не стал.

— Ты у меня, — сказал прямо.

И я глаза закрыла. Вздох каждый с трудом давался, перебинтовали меня туго, крепко накрепко перебинтовали.

— Господин, закончил я, — произнес целитель.

— Свободен, — хрипло произнес лорд Агнехран.

Звук шагов по каменному полу, скрип дверей железом окованных, щелчок засова стального, свист ветра за окном.

— Верни, — я и глаза открытыми держать не могла, а разговаривать то ж еще сложнее, — меня лешему верни… прошу тебя.