Злые чары Синей Луны

Сен-Кристоф глянул вверх. Едва он успел сообразить, куда заманили его Хок и Фишер, как огромная масса кованой стали, стекла и алмазов обрушилась на него. Оглушительный грохот, казалось, никогда не стихнет. Сен-Кристоф лежал, пригвожденный к полу люстрой, наружу высовывались только его голова и одна рука. Он попытался подняться. Массивное тело бандита яростно боролось против придавившей его тяжести. На мгновение люстра действительно чуть сдвинулась с места. Но она только перераспределила вес, и Сен-Кристоф громко застонал.

Те телохранительницы, которые не были заняты сражением с канализационными крысами, тупо смотрели на своего нанимателя, завороженные невероятным зрелищем. Удары по запертой двери сделались громче. Чанс придвинул к запертым створкам еще один стул и отступил, держа оружие наготове. Чаппи присоединился к нему.

Сен-Кристоф тяжело дышал и с ненавистью глядел снизу вверх на Хока и Фишер.

— Мои люди скоро прорвутся сюда. Они меня освободят. И тогда вы умрете медленно и ужасно. Вы ответите за это унижение. Потому что я Сен-Кристоф, а вы — никто!

— Значит, ты все понял, — отозвался Хок.

Он извлек топор из стеклянно-алмазного месива и задумчиво взвесил его на руке. А затем поднял обеими руками и со всей силы опустил. Тяжелое стальное лезвие рассекло толстую шею Сен-Кристофа и ушло в пол. Голова бандита покатилась прочь с навек застывшим на лице выражением ярости и удивления. Хок проследил за тем, как она катится, а затем удовлетворенно кивнул.

— Должен заметить, — медленно произнес Чанс, — что это было не совсем по чести, не так ли?

— Для Хейвена — более чем, — ответила Фишер.

Некоторое время спустя Хок, Фишер и Чанс уже обозревали город со смотровой площадки, сидя верхом на своих конях. На улицах царил хаос, отовсюду неслись вопли, тут и там поднимались толстые столбы черного дыма. Большинство стражей находились теперь на улицах, пытаясь поддержать порядок в городе и из последних сил стараясь не искать людей, ответственных за все это.

Чаппи сидел рядом с лошадьми, с удовольствием дожевывая нечто пернатое.

— Пора, — сказал Хок.

— Пора, — согласилась Фишер. — По-моему, по части разрушений сегодня мы превзошли самих себя.

— Вам совсем не жаль покидать это место? — спросил Чанс. — Оно ведь служило вам домом в течение десяти лет.

Хок и Фишер переглянулись.

— Нет, — дружно ответили они и рассмеялись.

Перед отъездом пришлось сделать остановку в логове одного бывшего мошенника, с которым Хок и Фишер познакомились в свое время. Зеб Томбс проживал в тихом маленьком домике в тихом маленьком тупичке очень респектабельного райончика, где никто не подозревал о его пестром прошлом. Капитан постучал.

— Его нет дома! — раздался голос из-за двери.