Лунная дорога в никуда

Он мне рассказывал, что Лариса всех его девушек отваживала – ревновала. Потому и первый брак его распался. А меня приняла. Я же старше Миши, так что, почитай, вторая мама. Уж как я старалась ее заменить, особенно после смерти! А не смогла.

– Танька, ты считаешь, что это Мишка отца убил, а потом в петлю полез? – изумленно спросил Игорь Арнольдович.

– Нет, что ты! Отца он не убивал. Мишенька никого никогда бы пальцем не тронул. Божий он человек. Был, – она снова тихо заплакала. – А вот потери отца не пережил, да.

Они уже вернулись во двор и стояли теперь на пороге дома, в котором жил бизнесмен. Тот достал ключи, отпер дверь и посторонился, пропуская женщин вперед.

– Татьяна, ваш муж действительно никого не убивал, – медленно сказал Женя. – И себя он не убивал тоже. Не знаю, будет ли вам от этого легче, но это правда. Михаила лишил жизни убийца его отца.

– И вы знаете, кто это? – напряженно спросил Игорь Арнольдович.

– Знаю, – просто ответил Женя и втолкнул бизнесмена в коридор. – И вот что, уважаемый! Покажите-ка мне ваши замечательные запонки.

* * *В глазах Игоря Арнольдовича он не видел страха, только недоумение и злость. Странно – убийца всегда боится. В этом Макаров был уверен, потому что много раз видел этот разъедающий душу страх, предательски плещущийся в глазах. Разоблачат. Поймают. Накажут. И все окажется зря – и в первую очередь взятый на душу грех.

Бизнесмен, которого он толкнул, сидел на полу коридора и бесстрашно смотрел на возвышающегося над ним Макарова.

– Погоди, ты что, считаешь, что это я? Американца? И Мишку тоже? Да ты с ума сошел!

– Мы с вами на брудершафт, кажется, не пили, – сообщил Макаров. – Я попросил показать мне запонки, в которых вчера вы пришли на ужин. Если я не ошибаюсь, они у вас с бриллиантами.

– Не ошибаетесь. – Игорь Арнольдович встал с пола. – Только я не понимаю, почему вас это так интересует.

Он сходил в спальню, вынес небольшую коробочку, снял крышку и протянул Макарову. Даша тоже подошла и, вытянув голову, посмотрела: на сафьяновой подкладке лежали две золотые запонки с довольно крупными бриллиантами, полыхали хищным огнем, норовя запустить солнечного зайчика в глаза. Макаров моргнул.

В бриллиантах он не понимал ровным счетом ничего, но даже ему, полному профану и нищеброду, было понятно, что эти запонки никак не могли составлять пару часам Сэма Голдберга. Часы были старинными, основательными, тяжелыми, а запонки, безусловно, очень дорогими, но современными. Новодел, не антиквариат. Черт, неужели он опять ошибся!

– Я никого не убивал, – мягко сказал Игорь Арнольдович. – Ход твоих, прошу прощения, ваших мыслей мне понятен. Вы думаете, что я каким-то образом присвоил деньги, которые отец перевел Мишке на лечение тети Ларисы, а ему сказал, что тот ничего не посылал.