Я, Лунин…

Так, этого тоже в дом заводите, — кивнула она на неподвижно застывшего Кольцова, — послушаем, что наш потерпевший расскажет.

Следственные действия продолжались еще несколько часов. Губернатора с Кольцовым с самого начала развели по разным комнатам. На робкую просьбу Кирилла Алексеевича сделать звонок адвокату ему было доходчиво объяснено, что в настоящий момент подозреваемым по делу он не является, а значит, и адвокат ему пока не положен. И вообще, если он хочет сохранить текущее положение вещей, а уж тем более получить статус потерпевшего, то должен сотрудничать со следствием максимально продуктивно.

Подумав, Кирилл Алексеевич начал сотрудничать. За два часа он рассказал всю историю происхождения предназначенных для губернатора денежных средств, а также объяснил, почему сумок с деньгами было именно столько.

— Значит, Ивана Юрьевича тоже заставили поделиться, — хмыкнула Кравцова, выслушав историю о том, как первоначально запланированный миллиард был вырван из цепких рук губернатора. — И кто же это такой ушлый?

— Вот уж чего не знаю, — развел руками Кольцов, — это вам у Сергиевича надо спрашивать. Но я думаю, он и сам молчать не станет. А то что же, сам только пол-ярда получить должен был, а срок за все полтора дать могут.

— Логично, — согласилась Маргарита Владимировна и кивнула своему напарнику, большей частью молчащему майору Григорьеву, — продолжайте здесь, а я Сергиевича все же разговорить попробую.

Когда измученный Кирилл Алексеевич в сопровождении Григорьева вышел на крыльцо губернаторской резиденции, уже начинало темнеть, а из подступающего к дому соснового леса тянуло сыростью.

— Этого выпускаем, — Григорьев кивнул застывшим на крыльце автоматчикам, — а вы, Кольцов, завтра не опаздывайте. В тридцать первый кабинет, к Маргарите Владимировне.

— Я понял, в девять, я буду, — торопливо закивал Кирилл Алексеевич и вдруг, понизив голос до вороватого шепота, спросил: — А с Сергиевичем что будет?"

"— А что с ним будет? — усмехнулся майор. — Сотрудничать он пока желанием не горит. Так что у него сейчас одна дорога: небо, самолет, Лефортово. Глядишь, там у него мозги и прочистятся. — Лицо майора вновь приняло серьезное, даже немного сердитое выражение. — Сами, главное, не опаздывайте, у вас еще завтра с Сергиевичем очная ставка пройти должна до того, как он улетит.

— Я буду, обязательно. Всего вам наилучшего.

Кольцов вновь торопливо кивнул и сбежал вниз по ступенькам. За то время, пока продолжался допрос, все три машины, на которых привезли деньги, куда-то исчезли. Улетел и вертолет телевизионщиков, и у крыльца стояли лишь несколько автомобилей следственного комитета. Опьяненный вновь обретенной свободой, Кирилл Алексеевич бодрым шагом направился к выезду из резиденции.