Лука

— Ну что, раздвигай ноги, будешь отрабатывать! — они заржали, а я зажмурилась, мне стало чертовски страшно. Пожалуй, было бы лучше, если бы я осталась читать в доме. Меня подняли, закидывая на капот машины.

— Помогии… — мне закрыли рот еще одной пощечиной, голова дернулась, и я осела на машине, ощущая острую боль во всем побитом теле. Воздух щекотал голый живот. Они пытались содрать с меня штаны, с болью сжимая мои руки.

Краем уха я услышала визг тормозящего двигателя. Кто-то на здоровой белой машине остановился у ДТП. У меня не было сил даже пошевельнуться, кровь залила все мое тело. Лицо. Наверное, сейчас больше напоминало кровавое месиво.

Дверь машины распахнулась, и из нее вылетел в дикой нескрываемой ярости Лука. Он был один, но он был крупнее каждого из стоящих. От него исходила волна бешенства, которая пронизывала каждую клеточку тела. Мне стало страшно, что он злится так на меня.

У его черной камуфляжной рубашки был разодран рукав и сама рука была чем-то хаотично изрезана, но он словно не чувствовал дискомфорта от кровоточившего ранения.

— Мужик, мы тут шлюху одну учим, так что не мешай. — голос жирдяя не был таким уверенным и хамоватым, как в разговоре со мной.

— Ты только что посмел оскорбить мою женщину. Более того, Вы посмели подойти к ней, тронуть ее. — он не говорил, а буквально рычал, слова вибрировали и били наотмашь. Меня тут же отпустили и я неожиданно для себя почувствовала облегчение от его появления. Лицо Луки побелело, а глаза налились кровью, желваки снова гневно заходили на его лице.

— Мужик, твоя баба нам…"

"Он не договорил, потому что дьявол шагнул к нему, схватил одной рукой за горло и поднял в воздух:

— Бабой сейчас станешь ты. Проси прощения у нее.

Тот что ударил меня, хрипел, как свинья на забое. К его лицу подступила кровь, но он не мог вырваться. Секунды, и его тело впечаталось в машину.

— Я не слышу. — Лука двинулся на следующего, а они словно приморозились к земле, боясь пошевелиться, шепча скудные оправдания и извинения.

— Вы покойники, твари. — он взревел, одним движением свернув шею жирдяя, вытянувшего меня из машины. Я четко услышала хруст шейного позвонка, а затем он упал словно, был мешком. Я вздрогнула, сползая с капота, понимая что начинаю истерично рыдать.

Оставшиеся ринулись в драку, но Лука нагнулся, уходя от удара и с легкостью перехватывая руку, легкое движение Луки и хруст новой поломанной кости, теперь уже руки. Локтевая кость показалась наружу, я прикрыла рукой рот, чтобы не верещать. Второго голова прилетела в бампер: раз, два, три удара. И то, что было головой стало разбитой тыквой. Руки Луки были в крови.

Меня вывернуло рядом с собой. Ребра болели, лицо горело и еще эта тошнота.

Все четверо лежали то ли мертвыми, то ли почти живыми.