Лучший экипаж Солнечной

И он легко сможет пойти на попятный и сказать, что плохого и не замышлял. Понял, как все удачно для него оборачивается?»

«Наверное», – сказал Эндрю без особого энтузиазма.

«Вот именно, – кивнул генерал. – Но тут возникла проблема. Наш адмирал начинает догадываться, что его старший техник ведет двойную игру. Со дня на день Успенский этого человека спишет вниз. И будет искать замену. Ему понадобится квалифицированный технарь, которому Успенский доверяет, как себе. А это кто?»

«Увы, не я, – отрезал Эндрю. – Вы же знаете, наверное, что я после взрыва на «Виггине», едва меня подлатали, явился к Рашену в экипаж проситься. А мне на самом деле не к адмиралу идти надо было, а прямиком в санаторий для лиц с нервными расстройствами. Куда я, собственно, и попал уже через неделю… Рашен, наверное, и не поверит, что я оттуда вышел. Очень плохо со мной было».

«Нет, парень, – сказал майор почти ласково. – Ты его недооцениваешь. Поверь мне на слово, Успенский будет искать тебя. И найдет. И позовет на «Пол Атридес». И ты не откажешься».

Эндрю для приличия несколько минут поломался, хотя внутри у него все пело, а потом согласился, что да, конечно, не откажется.

«Ну и молодец, – сказали ему. – Для начала поздравляем тебя, лейтенант, с условным сроком в пятнадцать лет. Кстати, ты опять лейтенант, и награды тебе вернут. А теперь вали отсюда».

«Это как? – удивился Эндрю. – Так что же мне делать там, наверху?»

«А что хочешь, – ответили ему безмятежно. – Как сердце подскажет».

«Да вы что? – изумился Эндрю. – А если я, допустим, все Рашену выложу про блокираторы?»

«Пожалуйста. Только одна просьба к тебе – не сразу. Оглядись сначала, посмотри, что к чему. А там – решай. Мы тебе ситуацию обрисовали. Твоя задача – спасти Успенского от него самого. Защитить его. Пять лет назад он не разглядел, что ты нуждаешься в помощи. А ты сейчас можешь сделать для него то, чего он не смог для тебя… Подумай об этом на досуге, лейтенант. Ну, счастливо».

В свою лагерную каморку Эндрю вошел шатаясь и без сил повалился на кровать. Он и не думал, что с ним обойдутся так ловко. Эндрю надеялся перехитрить особистов. А вышло, что они его повязали по рукам и ногам. Всего-навсего – предложили решать самому.

А теперь он болтался в невесомости, пристегнутый страховочным концом к стенке, и кусал губу, не зная, что делать.

Зная нынешние обстоятельства адмирала, Эндрю ждал от него силовых решений. У Рашена был под рукой отличный инструмент восстановления справедливости – корабли группы F с преданными экипажами. Малейшие разногласия с офицерами поставили бы адмирала в ситуацию выбора, и он, конечно, нашел бы мирный выход из кризиса. Беречь людей и уважать их мнение было в его характере.