Попаданец - лучшее

Как видно, история была дамой тяжеловесной, и даже в отделке дворцов и планировке внутреннего устройства крепости было больше сходства, чем различий.

Предъявив на входе пайцу Особого стола Военной канцелярии, Пушкин провел Горыню в роскошно обставленную комнату, где оставил одного, приказав не скучать. Но скуки так и не случилось, потому что через полчаса прямо в покои вкатили пулемет, правда без патронов, и Горыня принялся за разборку и чистку капризного механизма. Только закончил и отмыл руки в небольшом рукомойнике типа «мойдодыр», как две барышни в жемчужно-серых платьях и белых передничках на больших блюдах принесли и сервировали обеденный стол, но сесть перекусить он не успел, потому что в коридоре забухали сапоги, и двери распахнулись, пропуская самодержца всея Руси Михайло III.

– О! Обед! – воскликнул он с улыбкой, увидев сервированный стол. – Очень кстати. А то за этой беготней и помрешь голодным.

Как по волшебству из воздуха появился второй стул, и государь присел, не притрагиваясь, однако, к еде.

Один из двух волхвов провел рукой над едой и кивнул.

– Все хорошо, государь. Можно есть.

– Ну, присаживайся, чего стоишь? Али мы не родственники? – Михаил Алексеевич ухмыльнулся и, подождав, пока Горыня сядет, принял поданную ему салфетку, воткнул уголок за воротник, подхватил столовые приборы и принялся резво опустошать тарелки.

Опасения Горыни, что он останется голодным, развеяли шустрые девицы, быстро подававшие новые блюда и убиравшие опустошенную посуду.

Насыщался Михаил Алексеевич спокойно, системно и уверенно, словно зерноуборочный комбайн, вызывая у Горыни искреннюю зависть здоровым аппетитом. Наконец государь насытился и, отпив из высокого бокала белого крымского вина, задумчиво посмотрел на Горыню.

– И что же мне с тобой мо́лодец делать? – Император всея Руси отставил бокал в сторону, сделал какой-то знак, и стол стал быстро очищаться от посуды, принимая вид, достойный для переговоров на высшем уровне. На столе, будто из воздуха, материализовались тонкая скатерть беленого сукна, миниатюрный письменный прибор и папка, обшитая красным сафьяном. – Есть просьбы, предложения?

– Как не быть, государь. – Горыня кивнул. – Наши на Кавказе-то будут двигаться быстро. К весне или весной Карс возьмут. А как возьмут, так вся Европа на дыбы встанет. Сначала уговорами будут донимать, а потом, как поймут, что нам все набеги османов поперек горла уже встали, и армии собирать начнут. В этом году и в следующем, не знаю, а вот через год армию двинут. Да сразу с разных сторон, чтобы мы не могли встретить их объединенными силами. У нас какой-никакой маневр войсками есть. А у них похуже, да и только что попробовали пробить в одном месте. Не вышло. Так будут с разных сторон пробовать.