Бог Разрушения (ЛП)

— Еще один тщательно продуманный план твоего брата? Что на этот раз? Поджог? Нападение? Может быть, убийство?

Я хватаю Николая за руку, а когда он не двигается, встаю рядом с ним и показываю:

— Брэн – мой друг. Я пригласила его на свой день рождения.

— Все в порядке, Мия, — говорит мне Брэн, хотя его глаза, пугающе похожие на глаза Лэндона, когда он злится, не отрываются от Нико. — Меня не волнует мнение твоего брата обо мне, но, наверное, будет лучше, если я уйду.

— Нет, — я несколько раз качаю головой.

— Мия права, — говорит Джереми. — Ты наш гость.

Киллиан, который только что закончил целовать Глин – или, скорее, пожирать ее лицо на глазах у брата – отпускает ее и берет Нико за плечо.

— Если ты смог принять Глин и Сесили, то должен принять и Брэна. Он не имеет ничего общего с Лэном, несмотря на жуткое внешнее сходство.

— Он прав, — говорит Глин тихим голосом. — Брэн вообще не похож на Лэна. Клянусь.

Николай продолжает пристально смотреть на Брэна, как будто хочет проникнуть в него и уничтожить все, что он там найдет.

Эта сторона моего брата устрашающе пугает, и хуже всего то, что я, кажется, никогда раньше ее не видела.

Я хватаю его за руку и тяну назад, чтобы он посмотрел на меня.

— Это мой день рождения. Я могу приглашать всех, кого захочу. Не порти его, пожалуйста.

Он хмыкает и выхватывает пачку сигарет, но не успевает никто из нас выдохнуть, как волосы на моем затылке встают дыбом.

О, нет.

Пожалуйста, скажите мне, что я слишком много думаю…

Мои обнадеживающие мысли обрываются, когда в воздухе раздается очень знакомый, без всяких усилий дразнящий голос.

— Что за напряженная атмосфера? Я думал, это день рождения. И еще, кто-то упомянул слово «разрушение»?

Мои глаза расширились, столкнувшись с глазами Лэндона.

Я ошибалась.

Он вообще не выглядит так, будто закончил со мной.

Глава 25

Лэндон

Другой день, та же непоправимая потребность испортить мир и смотреть, как он рушится и горит.

Волна враждебности устремляется в мою сторону, пытаясь – но безуспешно – проникнуть в мою кожу со всех сторон. Яркие взгляды и ухмылки отскакивают от моего внешнего фасада, как резиновые стрелы.

Никто из них нихрена не значит для меня.

Единственная, кого я удостаиваю своим пристальным вниманием – это девушка в черном платье, обтягивающем ее изгибы во всех нужных местах. Кожаный чокер обхватывает ее нежное горло, а в косички вплетены мои любимые голубые ленточки.

На меня смотрят вызывающие, гордые глаза цвета синих полевых цветов. На мгновение, в течение доли секунды, когда я совершил свой эффектный театральный выход, эти глаза были ошарашены, затем эти же эмоции превратились в ужас, но сейчас в них плещется неодобрение.

Я могу справиться с неодобрением.

Даже с ненавистью.