Покоренная судьбой (ЛП)

Он стоял, но не нападал. С низким ворчанием он повернулся и пошел к своей кровати, где свернулся калачиком рядом с Момо.

— Тебе это не нужно.

Грета указала на мой пистолет. Кивнув, я убрал его обратно в набедренную кобуру, и она прислонилась бедром к кухонному острову, глядя на меня.

— Я вообще — то голоден, — сказал я, кивнув в сторону дымящегося красного чили.

Грета достала миски и зачерпнула в них щедрые порции, а затем отнесла их к столу из дерева за углом. Из окон от пола до потолка открывался вид на пастбища. Грета указала на деревянную скамью, и я опустился на нее.

Она села напротив меня и протянула мне ложку.

— Надеюсь, тебе понравится. Я сделала его с соевыми гранулами, чтобы имитировать мясо.

Я взял ложку.

— Это вкусно.

Ее лицо засветилось, и она сама съела кусочек.

— Что это за место? — тихо спросил я, наблюдая, как она с довольным выражением лица наслаждается едой.

— Это приют для животных, подвергшихся жестокому обращению. Пока все только начинается. Я хочу добавить больше конюшен и дом, где собаки смогут жить в стае, и мне нужен дом для кошек. — Она смущенно улыбнулась.

— Мой лучший друг жил в таком месте со своей семьей.

— Мой двоюродный брат.

Я кивнул.

— Больше нет?

— У него теперь своя квартира. — Я не стал упоминать Сару, это бы только привлекло внимание к моей собственной жене, а у меня не было намерения говорить о Саре и Максимусе.

Вместо этого мы говорили о ферме, сидя друг напротив друга и наслаждаясь стряпней Греты.

— У моей сестры и ее мужа тоже есть две собаки, — сказал я, кивнув в сторону Медведя.

— Правда?

— Из приюта.

— Это замечательно.

Мой взгляд привлек другой лежак, который я не заметил раньше, где крепко спала черно-белая собака. Задние лапы и хвост были забинтованы.

— Это та собака, которую ты спасла?

Она кивнула, сострадание наполнило ее лицо.

— Дотти. Она много спит из-за лекарств, но я думаю, что она идет на поправку."

"Я не проследил за ее взглядом до сломанного существа, потому что не мог отвести глаз от ее лица.

Сидеть вот так с женщиной и разговаривать было чуждо, но в то же время правильно в глубоком смысле, который я не мог понять, и я знал, что никогда не будет так с любой другой женщиной, особенно с Крессидой. У меня либо были бы скрытые мотивы, либо я постарался бы как можно быстрее уйти от ситуации. С Гретой мне было приятно просто быть рядом с ней и слышать ее взгляд на вещи, который был настолько уникальным, позитивным и по сути своей добрым, что казался даже более чужим, чем наша ситуация сама по себе. Но это не значит, что я не хотел бы поцеловать ее, прикоснуться к ней. Черт, я бы хотел сделать с ней столько всего, но сейчас я был доволен.