Бегущая могила (ЛП)

— Робин снова задыхалась: — Лин, что с Лин, ты нашел ее?

— Ее нет ни в одной из больниц, которые обзванивала Пат, — сказал Страйк, — если только она не поступила под другим именем, но…

Его мобильный снова зажужжал.

— Это Мидж, — сказал он и прочитал текст вслух. — “Спасибо, блядь, за это”.

Телефон зажужжал в третий раз.

— Шах. “Спасибо, блядь.” Как насчет того, чтобы подарить им всем словари на Рождество?

Робин начала смеяться и обнаружила, что не может остановиться, хотя слезы все еще капали из ее глаз.

— Подожди, — сказал Страйк, когда его телефон снова зажужжал. — У нас что-то новенькое. Пат спрашивает: “Она действительно в порядке?”"

"— О… Я люблю Пат, — сказала Робин, и ее смех тут же перешел в рыдания.

— Ей шестьдесят семь, — сказал Страйк.

— Что шестьдесят семь?

— Именно это я и сказал, когда она мне рассказала. Шестьдесят семь лет.

— Серьезно? — сказала Робин.

— Да. Но я ее не уволил. Думал, ты на меня разозлишься.

В дверь постучали, и Робин подскочила так резко, как будто услышала выстрелы.

— Это всего лишь твой бренди, — сказал Страйк, поднимаясь на ноги.

Когда он взял стакан у услужливой женщины из отеля, передал его своей напарнице и снова сел на кровать рядом с ней, он сказал:

— Другие новости: Литтлджон был подсадной уткой. Из Паттерсон Инк..

— Боже мой! — сказала Робин, которая только что выпила немного бренди.

— Да. Но хорошая новость в том, что он предпочел бы работать на нас, и он уверяет меня, что он очень надежный и лояльный.

Робин рассмеялась еще громче, хотя, казалось, не могла сдержать слез. Страйк, который намеренно рассказывал о жизни за пределами фермы Чепмен вместо того, чтобы расспрашивать ее о том, что произошло внутри, тоже рассмеялся, но он молча фиксировал все, что Робин до сих пор рассказывала ему о своих последних нескольких днях: они заперли меня в коробке. Или это, или секс с ним. А Манифестация была…

— А Мидж на меня обиделась, потому что я подумал, что они с Ташей Майо могут слишком сблизиться.

— Страйк!

— Не беспокойся, Пат меня уже отчитала. Она когда-то была знакома с другой лесбиянкой, так что это вполне в ее компетенции.

В смехе Робин, возможно, слышалась истерика, но Страйк, который знал цену юмору на волне ужаса и необходимости подчеркнуть, что Робин вернулась во внешний мир, продолжал рассказывать ей о том, что происходило в агентстве, пока ее не было, пока женщина из отеля снова не постучала в дверь, на этот раз неся суп и бутерброды.

Робин съела несколько глотков супа, как будто несколько дней не видела еды, но через пару минут отложила ложку и поставила миску на прикроватную тумбочку.

— Ничего, если я просто…?

Закинув ноги на кровать, она упала боком на подушку и мгновенно уснула.