Грешник (ЛП)

Чья-то теплая рука нежно пробегает по моей спине, а затем хватает меня за плечо и притягивает к себе, и я встречаюсь лицом к лицу с Сином. Я не упускаю из виду, что он уже одет в джинсы и футболку. А я все еще голая.

— Который час? — бормочу я.

Боже, такое ощущение, что я всю ночь сосала наждачную бумагу, и у меня пульсирует голова. Мне следовало бы знать, что нельзя пить во время кайфа.

— Почти полдень, — отвечает он.

Я закрываю лицо руками.

— Почему ты меня не разбудил?

— Ну, я подумал, что после той ночи, которая у тебя была, тебе нужно хорошенько отдохнуть.

Сев, я убираю с лица крысиное гнездо, которое называю волосами.

Син встает с кровати, и я, вспоминая вчерашний вечер, смотрю, как он идет в смежную ванную. Моя мама призналась, что была в курсе того, что я спала с Джеймсом. Но, очевидно, не знала всей правды. Она хотела отправить меня восвояси. Он уговорил ее оставить меня в моем собственном доме? Что сказал ей Джеймс?

Выходя из ванной, Син протягивает мне две таблетки «Адвила» и стакан воды.

— Возьми это.

Я бросаю их в рот и проглатываю.

— Одевайся.

Я падаю на кровать, вытягивая руки над головой. Син наблюдает за мной, склонив голову набок. Интересно, о чем он думает. Он представляет, как привязывает меня к кровати? Чтобы использовать меня в течение дня? Я с радостью позволю ему. Или стану сопротивляться. В любом случае, мне это понравится. Я просто хочу, чтобы он лишил меня способности думать.

— Зачем? — спрашиваю я, когда он просто смотрит на меня.

— Я хочу тебя кое-куда отвести, — неопределенно отвечает Син и поворачивается, чтобы войти в свою гардеробную. Через секунду он возвращается, и мое сердце замирает при виде висящей у него на руке черной шелковой повязки на глаза.

— Прямо сейчас? — дуюсь я.

— Прямо сейчас.

Он откидывает одеяло, открывая взору мое обнаженное тело. Син скользит рукой по внутренней стороне моего бедра, и я раздвигаю их для него. Обхватив мою киску, он опускает свои губы к моим и шепчет:

— Поверь мне, ты хочешь это увидеть.

Затем Син отстраняется и бросает повязку мне на грудь.

Я делаю глубокий вдох и молюсь, чтобы лекарство поскорее подействовало.

_______________

Менее чем через тридцать минут я уже одета и сижу в его машине. Прежде чем куда-то ехать, Син приказывает мне надеть повязку на глаза, и я надеваю ее, погружаясь в темноту. Мне это нравится."

"Но нервозность берет верх, и я начинаю нервно дергать коленями. Что, черт возьми, мы делаем? Уж не домой ли он меня везет? Хотя это последнее место, куда я хочу попасть. Наверняка моя мать собрала все мое барахло и вышвырнула вон. Если бы я была моложе, она, наверное, отправила бы меня в интернат, как пыталась сделать в свое время. Или Линкольн сделал бы это.

В любом случае, я больше не могу там жить.