Хрустальная ловушка

Ольга несколько раз вздохнула, а потом попросила Марка принести воды.

Когда он вышел, она впервые открыто посмотрела на Иону.

Пережитое потрясение перегрызло пуповину ее внезапной зависимости от молодого смуглого спасателя.

— Уходи, — прошептала она.

— Нет. — Он стиснул зубы, и на его скулах заходили желваки.

— Я спас тебя. Ты могла хотя бы поблагодарить меня за это.

Она закрыла лицо ладонями: почему так долго не идет Марк? А Иона — он уже был рядом с ней, на краешке кровати, он занял место Марка. Занять место Марка — не в этом ли была его цель?.. Но Ольге не пришлось додумать эту мысль до конца: руки Ионы крепко сжали ее пальцы, и она запоздало удивилась тому, как они горячи, ничего общего с прохладными, спокойными руками мужа. Они обжигали ее, как обжигали его поцелуи.

Наконец вернулся Марк.

Иона тотчас же поднялся с кровати. Стараясь не смотреть на него, Ольга взяла стакан и сделала несколько глотков.

— Тебе лучше? — заботливо спросил Марк.

— Да. Все в порядке.

— Ты можешь рассказать, что произошло?

И снова она не смогла начать. Дверь в коттедж распахнулась настежь, и на пороге появилась Инка. Такая же шумная, как всегда. Она смела с дороги обоих братьев и покрыла восковое лицо Ольги беспорядочными поцелуями. От Инки пахло снегом, взмокшими волосами, свежестью ничем не замутненной души.

— Лелишна! Ты тронулась! Ты же могла нас в могилу свести! Что бы я сказала Игорю? — Не отпуская Ольгу, она повернула голову в сторону Марка и Ионы и презрительно выгнула губы. — Мужичонки! Козлы вонючие! У семи нянек дитя без глазу! Хороший у тебя муженек, ничего не скажешь!

— Заткнись, пожалуйста. — Марк устало поморщился. — Хоть сейчас заткнись!

— Ты бы лучше не за мной следил, а за своей женой! — все-таки не удержалась Инка напоследок, ощупывая лицо Ольги. — Никаких повреждений, Лелишна, могу тебя поздравить. Во всяком случае, в гробу ты бы смотрелась великолепно.

— Молчу, молчу. Ну, рассказывай, что с тобой стряслось!

Ольге было все равно, слушают ли ее Инка и Иона. Марк — вот к кому она апеллировала. Марк, который знал о ее кошмаре, который знал о цыганке в аэропорту и о ее предсказании.

Теперь же все произошедшее с ней казалось звеньями одной цепи.

— Я просто… Просто хотела покататься… Мы ведь приехали сюда покататься на лыжах, правда? — начала Ольга бесцветным голосом: она сознательно опустила причину, по которой отправилась в такой небезопасный спуск. Все, связанное с Ионой, было теперь неважно. — Я вас искала…

Марк снова крепко прижал ее к себе.

— Сначала все было хорошо… А потом… Потом я заблудилась. Я не поехала по трассе, а было уже темно. Почти темно.

Я потеряла палку. Решила, что лучше снять лыжи и идти — там было много скал… Много камней. А потом я нашла это место, совершенно случайно.