Хрустальная ловушка

Это же тебе не лыжные палки украли, верно?

Звягинцев сразу же вспомнил о родственниках Инессы, которые проживали в коттедже. Но общаться с ними, тем более с дочерью убитого, он был не готов.

— Пока отнеси к себе. А там видно будет.

— Вы… Вы собираетесь забрать меня? — наконец-то Инка поняла цель визита врача.

— Ну, конечно. Вам нельзя здесь оставаться.

— Нет. Я никуда не пойду.

— Конечно, не пойдете. Доставим вас на носилочках, как китайского мандарина.

— Придется, барышня. Вы же сами понимаете, что произошло…

— Я должна… — Она всхлипнула. — Я должна хотя бы позвонить Марку и Ольге…

— Не волнуйтесь, я сам позвоню. Вызову, допрошу и все прочее…

— Вы не поняли. Им нужно сообщить. Ольге нужно сообщить. Ведь Игорь ее отец. Она не простит мне…

Инесса подняла на Звягинцева огромные, полные слез глаза.

— Что ей не сказали сразу.

— На десять минут раньше, на десять минут позже, какая разница? Наоборот, пусть еще десять минут думает, что ничего не произошло. — Звягинцев только сейчас понял весь цинизм своих слов. Говорить так с новоиспеченной вдовой по меньшей мере нетактично. Хотя, с другой стороны: она слишком молода, чтобы убиваться всю оставшуюся жизнь.

Да и на Джульетту не тянет, подводят глазки — уж слишком очаровательные, чтобы быть не прожженными. Через месячишко-другой найдет себе молодого жеребца с тренажерами во всех углах и думать забудет про своего бывшего и не такого уж молодого мужа. Тем более в особую бедность она не впадет — он наверняка много чего ей оставил, если так любил…

— Как вы можете! — Нет, все-таки она красива, Володька втюрился бы в нее с лету, вон как картинно переживает, даже горе не искажает черты.

— Я должен провести следственные действия, — открытым текстом просемафорил вдове Звягинцев, — так что отправляйтесь с доктором, а я к вам загляну. Попозже.

Радик и Коля погрузили Инку на носилки, и вместе с Артемом вся кавалькада отчалила. Звягинцев выглянул в коридор и увидел в дальнем его конце группу любопытствующих постояльцев. Да… Плохие вести, а тем более вести об убийстве, распространяются с той же скоростью, что и триппер в период военных действий на оккупированной территории…

Вытащив из кармана грязный носовой платок, Звягинцев осторожно прикрыл с его помощью дверь, втайне понимая, что все его предосторожности напрасны. Если на ручке двери и были отпечатки, то ретивые дуболомы Радик и Коля давно их стерли.

Но протокол есть протокол, а Пал Палыч Звягинцев всегда придерживался протокола.

Он прошелся по комнате и почесал пах: сосредоточься, товарищ капитан в отставке, сейчас тебе предстоит выполнить часть работы оперативной группы.