Хрустальная ловушка

— Ну что? Ты связался с городом?

— Телефон не работает. Обрыв по одной из линий из-за снега.

— Интересно, как же мы с тобой тогда говорим?

— Это же внутренний телефон. Пал Палыч.

— Мать твою! — выругался Звягинцев и тотчас же бросил в трубку: — Есть же рация. Есть спутниковая связь. Соображать надо, Иван.

— Сообразил. Связался.

— Молодец. Перевожу тебя из разряда дураков в разряд сочувствующих. Когда они будут?

— Как это — не знаю? Ты передал им информацию?

— Конечно. Сказал, что у нас тело. Но у них тоже неприятности. Погода. Все перевалы закрыты, метель и шквалистый ветер. Так что они не смогут добраться даже по воздуху. Сказали провести предварительное расследование, собрать показания, а они будут сразу же, как только улучшатся погодные условия.

— С кем ты разговаривал?

— Не знаю. Подождите, я записал… Какой-то майор Рахматуллин. С двумя "л".

Звягинцев повесил трубку.

Почему же все-таки он не взял отпуск?

Хотя что-то подобное можно было предположить. Уже вчера большинство перевалов было закрыто. Этот прорвавшийся сквозь буран на этажерке «Ми-2» сумасшедший-камикадзе, ныне, правда, покойный, — единственное исключение. Вертолетчики не полетят сюда ни при каких условиях.

А пяти тысяч долларов, чтобы соблазнить их на безумный коммерческий рейс, нет ни у кого в следственном управлении.

Придется самому заниматься рутинной работой — и это при его возрасте, радикулите и полном отсутствии вкуса к такой изысканной мокрухе…

Но сначала нужно решить, что делать с девушкой. Оставлять ее здесь и на ее же глазах заниматься осмотром тела любимого мужа — это просто неэтично. Варварство и вандализм…

Надо же, вандализм, прицепилось же к нему это слово, а все с подачи Запесоцкой. Да, дрянная история с этим ледяным городком. Конечно, ни в какое сравнение с сегодняшним убийством не идет, но все равно дрянная.

А девушку нужно перевести в другое место, это точно. Договориться с докторишкой и перевести.

Пока Звягинцев без всякого энтузиазма размышлял об этом, в дверях возникла легкая возня.

— Что там, Радик? — спросил Звягинцев. — Соболезнующие штурмуют дверь?

— Нет, это доктор. Впустить, что ли?

Через секунду в номере оказался Артем Львович. Бросив равнодушный взгляд на прикрытое покрывалом тело, он пожал руку Звягинцеву.

— Даже носилки прихватил? Молодец, Артем, — похвалил сообразительного доктора Звягинцев.

— Ну, так все сообщили.

— Значит, так, оттранспортируешь барышню, устроишь ее и вернешься сюда. Освидетельствуем труп… — Звягинцев бросил взгляд на Инессу и понизил голос: — Освидетельствуем.., м-м.., потерпевшего и составим протокол.

— Опять вы со своими протоколами. Пал Палыч.

— Иначе не получится.