Ловушка для Ти(г)рана

При хорошем! Максимум, когда в сорок пять я уже буду овощем без мозгов, просто существовать. Никакой цели, желания. Сплошная разруха.

На это должна смотреть Лана? С этим мириться?

Я сам её затащил, сам хотел провести с ней последние года. И при этом чувствую себя последним ублюдком, что поступаю именно так. Вешаю такой груз на маленькую девчонку.

Но блядь.

Лучше бы за мной смотрела.

Чем видела, как угасает её ребенок.

Это…

Сука, как же несправедливо.

И из-за меня. Потому что я не смог довериться сразу, не смог рассказать всё Лане без утаек. Мы были вместе не так долго, я даже к части про жену не дошел. Да и…

С любовницами не делятся такими деталями. Моя болезнь равно крах фирмы. Шли-то ко мне за работой, за моими консультациями. Если в прессу просочится новость о том, что я умираю — ничего не останется. Моя фирма быстро пойдёт ко дну.

И я не мог довериться, никому. Только Катрин и лучший друг знали. Обезопасить, сохранить единственное, что после меня могло остаться. Инвестиционную фирму, на которую я пахал почти всю жизнь.

Но Лане… Нужно было бы сказать. Это бы решило большинство проблем, если не все. Сошлись бы на том, что так будет лучше и безопаснее, нашли другой выход.

А теперь — мы попали.

Об этом я и рассказываю Лане. Все свои мысли озвучиваю, и о том, что умираю, и что память теряю, всё, что могу. Говорю, пока прижимаю к себе и стираю слёзы с любимого лица. Говорю, поднимая на руки и направляясь обратно к машине."

"Продолжаю рассказывать об отце, пристёгивая девушку, целуя, обнимая. Меня словно прорывает, потому что я внезапно понимаю самую главную истину. Молчание нихрена не золото. Именно из-за него всё началось рушится.

Я говорю.

А Лана молчит.

Даже когда замолкаю, перевожу дыхание и мчу за сотню по ночной дороге — девушка молчит. Шумно дышит, так, что самому кричать хочется. Но я лишь сильнее сжимаю руль, не рискуя говорить.

Хватит.

И так каждое слово лезвием прошлось по нутру, больше мне не нужно.

— Значит, это что-то вроде… Деменции? — Лана спрашивает спустя час молчания. Закатывает подол платья, подбирая ноги к себе. — Сосуды в твоей голове пережимают или это химическая реакция в голове?

— Химич… Мышка, — хохочу себе под нос, бросаю взгляд на девушку. — Ты где набралась таких терминов? Умница моя. Я не насмехаюсь, прости. Неожиданный вопрос просто.

— Ну, я люблю разные сериалы с Миной смотреть. Про врачей в том числе. Я должна понимать, что происходит. То есть… Хотя бы немного, если ты уверен, что это коснется нашего ребенка.

Сжимаю челюсть, пока не начнёт ныть. Нашего. Ребенка. Сука, просто сука. Один из главных страхов сшибает с ног, перекрывает кислород. Одно дело подставить себя, партнеров. Хрен с ней, Лану обречь смотреть.

Но ребенок…

Он ведь совсем не виноват, не выбирал.