Ловелас в законе

Это была лестница, ступенек которой он даже не касался. Фактически Яшин был прилеплен к стенке бассейна, нижняя часть его тела находилась в воде.

Но этого, как оказалось, было мало. Над ним кряхтел какой-то тип, тем же скотчем приматывал его к поручню лестницы. От него воняло гнилыми зубами, сигаретами и прогорклым потом.

Из дома вышел плосколицый парень с коротким ежиком черных волос. Шляпа, солнцезащитные очки, рубашка с крабами, шорты. Если бы не пистолет в руке, то его можно было бы принять за типичного курортника.

— Нет никого! — сказал он и развел руками.

— А деньги? — спросил тип, который уже примотал Никиту к лестнице и оборвал скотч.

— Так это, там на кухне три чашки. Столько и людей в доме, стало быть.

— Ага! Очнулся! — Тип схватил Никиту за голову, присел, глянул на него в упор.

Мордастый, щекастый, нос крепкий, подбородок тяжелый. На лбу родинка, как намалеванная точка у замужней индианки. Никита видел его впервые.

— Деньги где? — спросил он, изрыгая зубную вонь.

Этот ублюдок оттолкнул от себя голову Никиты и тут же резко потянул ее на себя. Яшин врезался в трубу лицом, но хуже ему от этого не стало. Некуда было.

— А почему Вероника? — осведомился Никита.

Понял он, от кого эти посланцы. Перекатников отправил за своими миллионами очередную порцию биомассы. Уже не важно, как именно эти утырки смогли выйти на этот дом.

— Где она? — спросил мордастый гад и вздрогнул, услышав ружейный выстрел за спиной.

Никита не знал, кто стрелял, но увидел, как из дома вывалился толстяк с лысой головой. Он падал, раскинув руки, лицом в землю. Кто-то пальнул ему в спину. Пуля насквозь пробила грудную клетку. Перед глазами у Никиты плыло, но все же он разглядел, как по белой футболке расползается красное пятно.

Толстяк мог наскочить на парня с плоским лицом, но тот шарахнулся от него и вскинул руку с пистолетом. Но было уже поздно. На крыльце стояла Даша с дробовиком в руке. Из-за ее спины показалась Вероника. У нее был пистолет, который она направляла на мордастого типа.

Даша выстрелила своей жертве в живот, а Вероника не торопилась. Взгляд сосредоточенный, на лице зверский оскал. Она шла на сближение, палец шевелился на спусковом крючке. Глядя на нее, трудно было усомниться в том, что она выстрелит.

Мордастый гад это понял, его затрясло от страха. Он лихорадочно дергал рукой у себя за спиной, но пистолет, засунутый за пояс, за что-то цеплялся, не хотел выходить.

— Эй, ты чего! — Он замахал свободной рукой.

Грянул выстрел, пуля попала мордастому типу в грудь, толкнула назад, но упал он вперед. Руки его будто примерзли к земле, а вот ногам покоя не было. Одна конвульсивно дергалась, а другая к ней подтягивалась.

Даша стремительно приблизилась к Никите.