Я не ваша, мой лорд

Почему-то вспоминается, как Риз рассказывала, что мужчинам нравятся ласки ртом, а я чуть не плевалась, представляя это. А сейчас ловлю себя на мысли, что могла бы попробовать однажды. Для него.

Чувствую, как плоть под моими пальцами наливается ещё больше, Тьен вскидывается, толкаясь, и на живот ему брызжет семя. А в следующий миг меня сгребают в охапку, целуя искусанные губы, круша остатки здравомыслия.

— Спасибо, моя сладкая, — произносит севшим голосом, обхватывая моё лицо ладонями, прижимаясь губами к уголку рта.

— Ну ты же просил мыть, как ты меня, — пытаюсь скрыть смущение за смешком.

— Просил. Но не думал, что ты согласишься.

Он буравит меня внимательным взглядом и я отвечаю ему тем же. Что между нами происходит? И почему именно так? До поездки он на меня чуть ли не бросался, а сейчас, когда почти добился своего, даёт задний ход. Странно это.

— Пойдём ужинать и в кровать. Вода стынет.

Из ванной выбираемся вместе. Тьен заворачивает меня в полотенце, просушивает волосы и лишь потом вытирается сам. Искоса наблюдая за ним и, чего уж там, откровенно любуясь, нахожу в сумке свою балахонистую ночнушку и под смешливым взглядом моего уже почти любовника натягиваю её на влажное тело. Ну и пусть смеётся. У меня другой с собой нет, а голой я, что есть, что спать стесняюсь, в отличие от некоторых."

"Ужин проходит в молчании. Севастьен думает о чём-то своём, а я пытаюсь не обращать внимания, что он в одном полотенце и не вспоминать наше совместное купание. Получается плохо, вкус еды и вовсе проходит мимо моего внимания. Сейчас мне уже даже не верится, что это я была, что это я позволяла и ему и себе творить такие откровенные вещи. И ведь позволю вновь. Распробовав, сколько удовольствия может дать мне мужская ласка, отказаться от этого будет тяжело. Слишком долго я себя этого лишала.

Вот только Тьену об этом знать необязательно. Так что, поужинав, делаю спокойное равнодушное лицо и отправляюсь в кровать. Как только оказываюсь под одеялом, Тьен тоже поднимается из-за стола гасит светильники и ложится рядом. Совсем близко. И без всяких баррикад. Глупо, конечно, было на них рассчитывать. А сейчас мне и вовсе почему-то хочется снова оказаться в его объятиях. Очень хочется. Но перебьюсь. Хватит на сегодня уступок. Чтобы не поддаваться соблазну, я даже отворачиваюсь, отодвигаясь на самый край. Слышу тяжёлый вздох за спиной, а в следующий миг меня резко притягивают обратно к себе.

— Как же с тобой сложно, — ворчит Севастьен, заставляя меня лечь на его плечо, обхватывая руками, обернув своим телом. — Ещё бы на потолок отодвинулась. Спи, любовь моя. Завтра тяжёлый день.

Можно, конечно, поспорить, но мне слишком хорошо. И я слишком устала. Завтра скажу ему всё, что думаю о его властных замашках.