Ломаные линии судьбы

И без раздумий, звуков и заминок вцепился зубами и когтями в её лодыжку.

Женщина дёрнулась от боли, а Шагин, практически прыгнув последним огромным шагом, пробил ей в лоб нижней частью раскрытой ладони – резко, грамотно и жёстко проведя вырубающий приём.

У незнакомки закатились глаза, и она медленно и неотвратимо начала заваливаться назад.

Шагин не подстраховал от падения, не подхватил и даже не дёрнулся в её сторону, а просто застыл и смотрел, как, раскинув руки, она рухнула на пол, произведя довольно громкий звук при падении. Вылетевший из её руки пистолет металлически звякнул.

– А потому что не хрен! – воинственно прокричала Глаша, с удовольствием наблюдая торжество справедливости и падение поверженной врагини, позабыв напрочь про своё пострадавшее горло. – Тыкать она в меня будет пистолетом своим!

– Ну всё, всё… – Игорь, шагнув ближе, схватил Глашу в охапку, понимая, что вся её воинственность и бравада – лишь своеобразная защитная реакция психики на сильный стресс и вот-вот обернётся жесточайшим откатом. Поцеловав в висок, он повторил: – Всё, хорошая моя, всё. Ты её переиграла.

– А ты нокаутировал. – Аглая вдруг обмякла в его руках от резко накатившей слабости.

– Мя-а-а… – напомнил о своей роли в победе Валерьян.

– Вилличка! – Аглая выбралась из объятий Игоря, шагнула на площадку и опустилась перед котом на корточки. – Ты ж мой хороший, – погладила его по большой голове, – ты кинулся меня спасать-защищать, да? И помог Игорю. Ты настоящий боевой кот, котище и дружище! Ты мой герой!

Она всё гладила и гладила довольно мурчащего Валерьяна, принявшего наконец Аглаю в ряды своих людей.

А над их головами Игорь с Музой Павловной обменивались понимающими взглядами, ведя молчаливый диалог. Бабушка, кивнув внуку, спешно вернулась к себе в квартиру. А Игорь, отодвинув ногой рюкзак и пистолет, расстегнул и вытащил ремень из брюк, особо не церемонясь, перевернул бесчувственную даму на живот и как-то уж очень ловко и сноровисто связал ей руки за спиной.

И только после этого достал из кармана смартфон и набрал Коломийцева.

Пока Шагин коротко-информативно вводил друга в курс дела, Муза Павловна вернулась с успокоительной настойкой. Подхватив Аглаю под локоток, помогла ей подняться с корточек и заставила выпить полную рюмку. И что-то говорила успокаивающим, доброжелательным голосом, потихоньку-потихоньку под свой речитатив заводила в квартиру, вела в гостиную, укладывала на диван, села рядышком, подвинув стул, и всё гладила, гладила по голове, и говорила, говорила…

И, слушая этот тёплый, убаюкивающий голос, казалось, защищающий от всех напастей, Аглая уснула.