Локки 4. Потомок бога

Это же как с закрытыми глазами прыгнуть в непонятную блуждающую аномалию. Гор его знает, чем закончится такой прыжок: то ли тебя просто разорвёт на куски, то ли забросит в горы к каким-нибудь сексапильным амазонкам, которые сделают тебя своим королём и будут ублажать днями и ночами.

Хотя конкретно в моём случае на амазонок не приходится рассчитывать.

Между тем Безумный бог привёл меня в подвал отеля, встал на цыпочки и с трудом дотянулся до выключателя. Щёлкнул им и отступил чуть в сторону.

Свет нескольких ламп сразу же сорвал покров тьмы с небольшого помещения из красного кирпича. Возле стены стояли бочки с напитками, ящики с продуктами, под потолком висели копчёные окорока, колбасы и сосиски. А на полу красовался сложнейший магический рисунок, выведенный человеческой кровью, чей запах был мне прекрасно знаком. Я ощутил его, даже несмотря на то что подвал насквозь пропах ароматами снеди.

— У меня не будет проблем из-за этого? — кивнул я на рисунок. — Ты же не использовал кровь кого-то из жильцов? Мне бы не хотелось съезжать отсюда.

— Проблем не будет, — усмехнулся тот и вытащил из-за ящика серебряную соусницу с загустевшей кровью. Ему пришлось держать её двумя руками, чтобы ничего не пролить. — Надо и на тебя нанести кое-какие знаки.

— А как я вернусь в этот мир?

— Моя магия вернёт тебя сюда. Она даст тебе три часа: ни больше, ни меньше. А потом вырвет из того места, где течёт Река безумия, и переместит в этот подвал.

— Неплохо.

— А теперь снимай майку и ложись в центр рисунка.

Я так и сделал, мимолётом отметив, что родственнику Имира явно некомфортно находиться в теле ребёнка. Но почему он тогда влез в него? Хм, может, Безумный способен находиться в теле ребёнка дольше, чем в тушке взрослого, этим и обусловлен его нынешний выбор? Что ж, хорошая догадка, логичная.

— Хш раш мш таш… — зашипел родственник Имира, принявшись выводить на моей коже странные символы, похожие на извивающихся червяков.

Они изрядно пугали Громова-младшего."

"А меня озадачило, что я не понимаю того языка, на котором шипит Безумный бог. Я ведь знаю чуть ли не все языки, а из тарабарщины Безумного не понимаю ни словечка, однако слышу, что язык несложный. В нём есть интонационная последовательность и какие-то жутковатые звуки, пробирающиеся в сознание, как сотни склизких змей. Они наполняли мой разум тяжестью, заставляя веки нехотя закрываться, как ржавые ворота портового дока.

— Принеси ключ или тебя ждёт смерть! — резко прошипел мне в лицо родственник Имира, склонившись надо мной так низко, что его наполненные безумием глаза показались мне двумя озёрами.

А уже через миг мой будто бы одурманенный разум накрыло покрывало тьмы.

Не знаю, сколько времени я пробыл в этом мраке, но исчез он в один момент, сменившись ощущением падения.