Логика выбора

В отличие от народных защитников, сотрудники Тайного ведомства не носили форму, но штатские костюмы им шили в специальном ателье, и наметанный взгляд легко выделял их в толпе, к тому же многих обычные полицейские знали в лицо. Правда, это касалось только гласных сотрудников: негласные так конспирировались и настолько умело растворялись среди обычных граждан, что никто не мог их вычислить. Но и Зуппу, и экспертам маскироваться не было необходимости, поэтому они с достоинством носили черные, с серебряным отливом и серебристыми пуговицами двубортные пиджаки и ровные брюки с широкими обшлагами и серебряными пряжками на черных прочных ремнях, чтобы выдерживали вес оружия.

«Не захотевший жить» лежал в первой комнате на полу, лицом вниз, и пятно крови на спине показывало, что вряд ли его «нехотение» было искренним и свободным. Дознаватель общей полиции что-то писал за столом, отодвинув в сторону две чашки с остатками черной жидкости: валсы – местного чая. Еще два официальных чина толклись в комнате, но при появлении «тайников» все оставили свои дела и изобразили готовность выполнять любые указания.

– Доложите основания для нашего вызова! – строго приказал Золтан.

– Гражданин Темус Гоц является носителем государственных секретов, – отрапортовал офицер с нашивками субдесятника.

– Основания для такого вывода?

– Вот они, гражданин расследователь! – Субдесятник поспешно протянул толстую папку. – Документы, подпадающие под Директиву 125-Д.

– Посмотрим, как они подпадают! – прежним тоном сказал Золтан и принялся листать страницы убористого текста и чертежи.

Они были выполнены на печатной машинке и имели гриф секретности. Субдесятник оказался прав – он действовал по инструкции и не зря потревожил Тайное ведомство. Но хвалить его за усердие Зупп не стал: похвалы только развращают!"

"– Я принимаю дело к своему производству! – отрывисто бросил он в пространство между окном и шкафом. – Покиньте помещение, уберите лишних людей из подъезда, обеспечьте охрану и никого сюда не впускайте! Проверьте, привлекался ли «не захотевший жить» к работам по проектам народной обороны и имел ли право на хранение секретных документов в своем доме! И конечно, соберите на него всю информацию, какую возможно!

– Есть, господин тайный советник! – вытянулся субдесятник. – Все будет выполнено немедленно и точно!

Зупп благосклонно кивнул и, хотя народный защитник неправильно произнес его звание, не сделал замечания: у «младших братьев» свои представления о Тайном департаменте, причем сам же департамент их и насаждает, поэтому защитник добросовестно ошибался, и это была допустимая и поощряемая ошибка.

– Приступили к работе! – приказал расследователь, когда они остались без посторонних глаз.