Ло. Лётная школа

Ухватила меня правой за рукав и вцепилась зубами в плечо. А метила в лицо, ей-богу! Я заорала от боли и, наплевав на заморочки чести, без глупостей зарядила подруге кулаком в ближайшее ухо.

— Ты гадина! Свинья и уродка! — Ви плакала и кричала неприятно громко. Ухо ее распухало на глазах изумленной публики. Которой хватало с избытком.

Я смахнула кровь с ушибленного носа и приняла стойку. Надо бы сбросить обувь, но я боялась пропустить удар. Соперница демонстрировала неплохой бойцовский задор. Наскакивала и махала руками, как мельница. Я пригнулась и дернула пряжку на левой туфле. Ап! И барышня всем телом прыгнула на меня. Как ей это удалось? Краем глаза, заваливаясь на спину, я зацепила трех комэсков, c обалдевшими лицами вылетающих из дверей. Загадала: если Макс подбежит ко мне, то…

Опять я замечталась о ненужном. Аристократка боднула меня лбом в убитую переносицу. Искры вырвались из глаз. Я, что есть силы, саданула ее коленкой поддых. Девушка захлебнулась воздухом и упала рядом на пыльную землю.

— Хватай эту, а я ту, — барон руководил. Рывком поднял на ноги драчунью Веронику и обхватил руками крепко.

Ваня обнял меня. Кровь капала с разбитого лица, марая блестящий знак «За отвагу!» на моей груди. Побратим находчиво отцепил его от погибающего жакета и приставил к наливающейся гуле между бровями.

— Вязкая какая! А голосистая! Огонь-девка, — хохотал он, — держи крепче, Кей! Не дай боже, вырвется."

"Ви, раздышавшись, брыкалась и выкручивалась в сильных руках Кей-Мерера. Животная вонь свежей крови, соленого пота, злой слюны, менструальных выделений и непреходящей эрекции забивалась через ноздри гвоздем прямо в мой бедный мозг. Интересно. Куда подевался нежный аромат сливочных крендельков? Затаился испуганно или исчез навсегда? Я не чувствовала ни злости, ни жалости. Противно и больно.

Зрители ликовали. Завершающий аккорд Выпускного вечера обессмертил мое имя в анналах Школы навсегда. Кацман позабыл страдать и дуться, веселил себя и окружающих остроумными, как ему казалось, комментами. Я стояла смирно, ловя кровь нечистым Изиным носовым платком. Все, кто тайно, кто явно, фиксировали происходящее и сливали родным, близким и далеким.

— Полковая шлюха! Лживая тварь! — ненависть обезображивала лицо девушки, искажая прежние черты. Надсадный бабий визг и грязные слова пополам со слюной. — Ты нарочно парнем прикидывалась, чтобы поближе к моему Кею быть! Думаешь, если залезешь к нему в штаны, то все?! Не-е-ет! Ничего у тебя не выйдет, грязная дворняжка!

И тут явился Эспо с бутылкой шампанского в руке. Встряхнул ее сильно пару раз и снял пробку. Белая пенная струя ударила по истерике сладким залпом. Комэск пограничников водил бутылкой справа налево, словно пожар тушил.