Лютый

Ты не думаешь, что тот, кто умеет обличать ложь в любой форме, может эту ложь так же искусно скрыть? Скажи мне, как он остался целым и невредимым несколько десятков лет, когда отец отправил за ним палачей? Почему его не мог найти отец и твой род, а вы все искренне считали его погибшим? Не думаешь, что Нефриту есть, что скрывать?…

Север не мог ничего ответить, окаменев и застыв, словно лед, и лишь мышцы на его спине напрягались и перекатывались под кожей, словно его боль и паника пытались вырваться на свободу, но не могли.

Север не мог ничего ответить, окаменев и застыв, словно лед, и лишь мышцы на его спине напрягались и перекатывались под кожей, словно его боль и паника пытались вырваться на свободу, но не могли.

— Какой ему резон травить Злату именно здесь? Он вполне мог сделать это дома, если бы захотел, — голос Севера прозвучал так, словно что-то внутри него в эту секунду умерло.

— …а может его целью была на Злата?…

— Сейчас же прекратите этот бред! — пророкотал Янтарь за нашими спинами и его широкие ладони опустились на плечо Севера и Лютого, который боролся со своим зверем, продолжая дышать тяжело и порывисто, — Вы знаете, что это дело легко исправить! Просто поговорите с Нефритом и все! Едем домой, братья… давайте.

Покончим с этой глупостью раз и навсегда!..

Глава 9

Никогда еще в моей жизни не было такого ожидания. Жуткого. Гнетущего. Медленно убивающего изнутри…С тех пор, как мы вернулись в наш большой, теплый и такой милый дом. никто из братьев Беров не проронил ни единого слова, словно огромный булыжник повис над крышей, который мог сорваться вниз, похоронив нас всех от любого звука и шороха.

Никогда еще в жизни я не молилась так сильно, думая про себя, как же это глупо — всю свою жизнь верить лишь в одну науку, встретиться в Арктике с теми, о ком могла лишь читать в сказках и вот, в завершении ко всему в моем возрасте вспомнить даже о Боге…я не знала были ли они у Беров свои, и к кому нужно было обращаться, чтобы только не сгорать изнутри от этого кричащего ожидания в мертвецки ледяной тишине…

На Севера было страшно смотреть.

Красавчик Бер с синими глазами и такой обаятельной улыбкой, что можно было запросто забыть свое имя, был просто не похож сам на себя. Его и без того светлая кожа стала просто сероватой от раздирающих его эмоций. которые рвали душу на части, не в силах вырваться на свободу из плена этого огромного тела. Словно раненный зверь он метался по кухне то туда. то сюда, запуская пальцы в свои черные кудри.

Притихнув и боясь даже пошевелиться, я сидела за столом, вцепившись в руку Лютого, который стоял рядом, застыв, словно ледяная скульптура.

И можно было бы подумать, что он как всегда холоден и подчеркнуто спокоен, если бы не его мышцы, которые перекатывались под гладкой.