Лютый

— Сейчас все узнаем…

Ох, как же я была взволнована и напряжена, снова прислушиваясь и не слыша совершенно ничего, поняв, что теперь мы в комнате не одни, лишь когда родной, морозный и колкий аромат коснулся меня, наполняя трепетом и внутренним жаром в ожидании развязки этой истории. А еще послышался глубокий и совсем не скромный вдох со свистом ноздрей, и раздался бас Янтаря:

— Ух ты! Спокойна, как удав! Вся в меня!

— Приготовили? — при звуке этого голоса все внутри меня задрожало и налилось негой, даже если сейчас он снова звучал холодно и както излишне сосредоточенно.

— Да, сейчас остынет и можно будет дать, — быстро проговорила Мия, явно ожидая услышать от Лютого совсем иное, каки я.

— Спасибо…

— Брат, так что?.. — осторожно и как-то вкрадчиво спросил Север, словно боясь задеть Лютого даже неправильной интонацией, думая, что он взорвется от своих эмоций, которых я не видела и даже не могла ощутить.

-..бред какой-то… — выдохнул Лютый так тяжело и сипло, словно на его плечи опустилась вся тяжесть мира, заставив меня содрогнуться в желании обнять его, чтобы показать, что я рядом…даже если поддержка и одобрение ему были не нужны и чужды.

— Бред. Точно, — пробасил Янтарь рядом, вдруг хмыкнув, — А еще Нефрит явно выбрал не ту профессию в мире людей! Ему бы не в модели, а в следователи!

Кажется, это Нефрит фыркнул, приглушенно проговорив:

— Просто, когда ты живешь десятилетия, скрываясь от смерти и правдивости Берсерков, то многому приходится учиться….многое приходится домысливать и узнавать.

— а еще мог бы в философы податься! — гоготнул Янтарь, замолчав, когда кто-то рыкнул. Скорей всего Север, который напряженно, но все-таки спокойно добавил:

— Я все еще жду. братья, потому что ни черта не понимаю по вашим эмоциям.

Вот да! Очень хотелось бы в подробностях услышать о том, что происходило в зале, пока мы были здесь.

— Нефрит придумал целую систему, — наконец проговорил Лютый очень близко от меня, потому что снова я могла вдыхать его аромат, но пока что не морозное дыхание, с нетерпением ожидая того часа, когда я уже выпью тот волшебный чай, каким бы он не был на вкус, и смогу ощутить не только аромат моего Лютого, но и жар его великолепного тела, — он задавал ряд вопросов каждому из живущих в нашем доме, спрашивая в лоб и повторяя те же вопросы так изощренно и умно, что смысл вопросов был тот же, но он звучал совершенно по-другому. Он спросил все, начиная от отношения к Кадьякам, войне, а так же когда видели Кадьяков в последний раз и что известно об их яде в общем, и о том, попадал ли он в руки каждому из Беров нашего рода….

— …а еще про отношение к Злате и тому, что теперь она законная жена Лютого, — быстро вставил Янтарь, что меня заинтересовало больше всего.