Лютый

— Нет, спасибо, все просто идеально, — растянула я губы в улыбке, бодро прошагав до стола, где лежала моя добыча, окинув ее таким взглядом, что стало даже на душе немного посмелее. Ну! Какие тут могут быть страхи? Сейчас главное допереть её до решётки, и дело считай сделано!

— Эм, Злата?…

— Да? — пыхтела я, пытаясь взять руками большую рыбину, которая была не только холодной, но еще и жутко скользкой, изворачиваясь даже в своем не совсем живом состоянии, решительно настроенная одержать победу над едой.

— Что ты делаешь?

— Хочу унести ее на мангал. Кстати, решетка есть? Не на угли же ее класть? — со знанием дела деловито проговорила я, слыша, как Свирепый подошел ближе, чуть откашлявшись.

— Есть, но ты хочешь приготовить ее в таком виде?…

— А что сее видом не так?

— Ну…может хотя бы чешую уберем? В идеале можно еще убрать голову и почистить потроха…

Рыбина с грохотом свалилась на ледяной пол, ловко выскользнув из моих рук, словно была живая, и пыталась скрыться от грядущей пытки на ее умершим телом, когда я просипела:

-..Потроха?…

— …Я думал, что не очень удобно кушать рыбу со всеми внутренностями? Вам, ЛЮДЯМ….

Свирепый явно растерялся, глядя на то, как я краснела и бледнела, понимая, что просто не вынесу такого надругательства над тушкой рыбки и уж тем более не смогу сделать это сама!

— …у меня мама была вегетарианкой, — словно оправдываясь просипела я, глядя на то, как Свирепый ловко поднял рыбу с ледяного пола, положив ее снова на разделочный стол, который выглядел очень жутко, — знаешь, кто это такие?

— Прошу прощения, но нет, — смущенно опустил ресницы этот самый милый из Беров мужчина, на что я умиленно улыбнулась, готовая пуститься в долгий и основательный рассказ, как истинная учительница.

— Это люди, которые не употребляют в пищу продукты животного происхождения, ни мяса, ни рыбу, ни яйца, ни молоко или масло…

Ярко-бирюзовые глаза Свирепого распахнулись от шока, когда Бер впервые смотрел на меня так прямо и близко, пробормотав:

— Но чем же тогда они питаются?

— Овощами, фруктами, ягодами, — улыбнулась я, видя, как Свирепый задумчиво потер щетинистую скулу своей большой ладонью:

— А если ничего из этого нет в наших краях?

— Ну, маме пришлось бы здесь явно нелегко — улыбнулась я, вдруг подумав, что моя мама упала бы в обморок только от одного вида Лютого или его отца, едва не хихикнув и наблюдая за тем, как Свирепый, достал из шкафчика нож, принявшись соскабливать ловко и быстро чешую с рыбы, чувствуя себя очень неловко оттого, что не знала чего-то очень элементарного…но в моем доме действительно никто никогда не занимался готовкой так основательно, как это делали в доме Беров.