Люфтваффельники

Пшик! Но, пшик с резонансом! Понимать надо…

— Симонов, перестань чудить, гоношиться и ерепениться! Забери рапорт и засунь его себе в задницу, причем, плашмя! Вас — школяров, все равно никуда не пошлют! Вы же еще писюневичи 17-летние!!! Молокососы нецелованные, куда вас отправлять, сам посуди?! Правильно вы на собрании раскусили и затею расщелкали, не ожидал, честно говоря! Не такие уж вы яйцеголовые, как кажетесь! Короче, не ссы в компот и забери свой рапорт о переводе. А лучше, садись и пиши рапорт на Чернобыль. Героем станешь! Точно говорю! Симонов, держись меня и все будет в лучшем виде…

После таких откровенных слов, шокирующих своей неприкрытой беспринципностью, я окончательно укрепился в мысли, что под командованием данного человека, служить не буду ни под каким соусом. Непорядочен! Допустим даже, что я струсил?! Чего греха таить?! Не хотелось ехать в Чернобыль, хоть стреляйте! Да, страшно! Очень страшно в 17 лет здоровье свое на ядерный алтарь класть и жалким импотентом становиться! СТРАШНО и НЕСПРАВЕДЛИВО! Но, я нашел в себе мужество открыто заявить о своем страхе и откровенном сомнении в целесообразности посылки 17-летних «детей» в зону радиоактивного загрязнения и об отказе участвовать в подобном безумии."

"Посудите сами, зачем рисковать парнями, которые еще жизнь не видели?! Девок не щупали, наконец! Это же будущее поколение! Нельзя бездумно выбивать молодежь! Ведь семьи новые не создадутся. Дети не родятся. У страны будущего не будет… И это понимали все офицеры нашего военного училища. Но лейтенант Чубрей был иного мнения.

Дальше больше, неугомонный «энтузиаст» Ваня Чубрей побежал с пачкой «добровольных» рапортов к комбату Серову. Полковник, осознав услышанное, пришел в искренний ужас (чего отродясь с Пиночетом не случалось) и тоже попытался поговорить с лейтенантом по-доброму и мягко разубедить в целесообразности осуществления данной авантюры. Не тут то было!

Не достучавшись ни до разума, ни до совести, ни до элементарного здравого смысла лейтенанта Чубрей, комбат орал отборным профессиональным матом так, что в городе за периметром нашего училища, случайные прохожие непроизвольно пригибали головы и испуганно переглядывались. Бесполезно! Чубрей тупо уперся и стоял на своем.

Не получив у комбата поддержки и монаршего благословления на задуманное безумие, Ваня самостоятельно (нарушив субординацию) вышел со своей инициативой на командование училища ВВС. Генерал, выслушав горячую тираду лейтенанта Чубрей, сразу же послал дурного офицера с его 3,14зданутой инициативой на …мммммм… в ….Чернобыль и запретил впредь беспокоить когда-либо по данному идиотскому вопросу, пообещав отправить «умалишенного» лейтенанта на квалифицированное психиатрическое освидетельствование.