Люфтваффельники

В училище со временем все устаканилось и служба пошла своим чередом. Первокурсники еще долго приходили в себя после задушевной беседы с генералом на плацу, жалобно вскрикивая по ночам и просыпаясь в мокрой кроватке. А старшие курсы, еще пару недель ходили с еле уловимым нежным запахом «Агдама».

Как наши отцы-командиры не принюхивались, но запалить никого не смогли. Конспирация в училище была на должном уровне и заоблачной высоте. В невскрытых офицерами тайниках, оставалось еще около 1500 литров божественного «Агдама», которые мы экономно тянули еще около полугода.

Более того, во время встречи нового 1988 года, наша 4-я рота в праздничную ночь, выпивала, естественно тайно, именно золотистый «Агдам».

62. Как хорошо быть генералом

Настроение, мягко говоря, было хреновое, причем у всех. Складывалось устойчивое впечатления, будто мы дерьма наелись и к тому же большой ложкой хлебали. И по усам текло и в рот предостаточно попало. Всем понятно, что у курсанта военного училища, причем — абсолютно любого училища независимо от вида и рода войск, жизнь далеко не сахар и присказку командира нашей роты: «Офицер рождается из грязи!» мы запомнили очень хорошо и уже давненько. Но, сколько еще в этой грязи нас вывалять, чтобы наш горячо и искренне «любимый» капитан Володя Нахрен перестал срывать на нас свое дурное настроение.

Вроде человек не совсем плохой, образованный, местами даже с чувством юмора, но иногда переклинит его так, что «мама не горюй» и понеслось… Начинает упражняться в своем убогом остроумии на безответных парнях в курсантских погонах, скованных воинской дисциплиной. Что за мудак?!

Нахрена как прорывает — оскорбит всех сразу и каждого в отдельности, пройдется персонально и оптом вытрет об нас свои ноги. А потом еще в нарушение требований Уставов о строгом запрете наказания всего личного состава подразделения вместо непосредственного виновного, методично затрахает всю роту до полусмерти непомерными физическими нагрузками. Тем не менее, подведя под это гнусное действо красивую теорию о коллективном воспитании, слаженности подразделения и всеобщем «чувстве локтя», а все только для того, чтобы восстановить свое пошатнувшееся душевное равновесие.

Вот так было и на этот раз. Рота пришла с обеда, и у нас было еще целых 20-ть минут свободного времени (для армии это неслыханная роскошь), чтобы неспеша собрать конспекты необходимые для самоподготовки, снять сапоги и, размотав влажные портянки хотя бы недолго посидеть на табуретке в спальном помещении, спокойно вытянув усталые ноги.