Люфтваффельники

А после танца, взять в свою сильную руку ее узкую нежную ладошку с тонкими хрупкими пальчиками и в благодарность за приятно проведенное время, нежно поцеловать изящное запястье.

Девчонка мило покраснеет и потупит взгляд. Оставаясь в кругу своих подружек, все остальное время, девушка будет украдкой бросать взгляд своих бездонных глаз именно в мою сторону. И как бы случайно встретившись с моими глазами, она будет мило улыбаться только мне одному, как будто в этом огромном зале, кроме нас, никого больше нет. А когда объявят «белый» танец, уже сама подойдет ко мне, вся такая обворожительная, стройная, с пунцовыми щечками и, застенчиво потупив взгляд, робко пригласит. Сама.

Так хотелось заглянуть в ее красивые выразительные глаза и, потеряв рассудок и самообладание утонуть в их бездонной завораживающей глубине… А там, уже и до лямур-тужур-абажур недалеко. Эх! Мечта.

В реалии все более-менее приличные места с музыкой и танцполом были уже давно забиты под завязку, а толкаться в потной толпе, как шпрота в банке с маслом, постоянно ощущая назойливое присутствие дружеского локтя в глубине твоей печени, как-то не улыбалось.

Наша сплоченная компашка из 20-ти курсантов уже фактически без настроения медленно брела в последнее, из нашего необъятного списка более менее приличных злачных мест с дискотекой — ДК им. Ленина. Но день был явно не наш, звезды на небосводе встали раком, и ангел-хранитель ВВС похоже тупо слинял в самовольную отлучку, бросив нас на произвол жестокой судьбы.

Приблизившись к величественному зданию с фундаментальными колоннами, мы увидели автобусы с курсантами ракетного училища, и наше настроение совсем окончательно ухудшилось. Расстроенный Витя Копыто скрывая досаду и отчаяние, окончательно потерял самообладание и расхорохорился."

"— Ну, блин, рого… рогоносцы, тьфу … ракетоносцы, вообще офигели! Скоро поездами будут на танцы ездить! Прикиньте парни, подползает бронепоезд, пар, свист, гудок. Погрузка-разгрузка, выходи строиться! И на танцы, под прикрытием брони и с поддержкой тяжелой артиллерии. Вот жопа! А ведь «помидоры» и сухопутчики нас реально боятся, стадами из училища выезжают, с охраной. Может, накажем?!

Мы дружно посмотрели на Витю как на умалишенного, а Валера Гнедовский ласково чмыхнул.

— Ага! Сейчас шинельки сбросим и покажем силушку свою богатырскую, удаль молодецкую. Правда придется кулачками помахать и ножками подрыгать, но это мелочи. Такие мелочи, что говорить даже не хочется. Правда, парни?! Чего нам — 20-ти лихим ухарям против 120-ти, а то и 180-ти? Так, размяться, вспотеть даже не успеем. Да, Витенька?!

Витя замялся, но отступать не хотелось и он, потупив невинные глазки, пролепетал следующий шедевр изысканной словесности.

— Мля, пля, я фто, я ето.