Люфтваффельники

Урезать?! Легко, хоть под ноль — это пожалуйста, а возвернуть как было, да еще, чтобы двигались, так фиг тебе!» И еще бумагу мне в нос пихает, где я расписался, что претензий не имею и всем доволен. Беда! Что делать то? Посоветуйте парни!

— А что делать то?! Нечего делать! Ты когда эту аферу скрытно от своих друзей-товарищей мутил, у нас советов не очень то спрашивал, а теперь посоветуйте. Что тут насоветуешь?! Ну, раз обратного пути нет, живи с тем, что имеешь. Не трогай больше ничего, пока еще хуже не сделалось.

— Ребята, а может вытянуть как-то можно, а? Вон ведь Саньку Полимонова вытянули же, почти на 8-мь сантиметров вытянули (это отдельная история о большой и чистой любви), а мне то гораздо меньше надо. А ушные мышцы я сам накачаю, ей-ей накачаю! Зашевелятся родимые, как миленькие зашевелятся. Еще лучше прежнего заработают.

Копыто еще долго стенал, рыдал, жаловался на несправедливую и жестокую судьбу, в отчаянии бился головой о прикроватную тумбочку, его оттаскивали. Тогда, он пытался грызть двухъярусную металлическую кровать, его опять оттаскивали. Витя картинно заламывал руки и жалобно скулил."

"Долго ли, коротко, но общими усилиями, мы, наконец, убедили Виктора в невозможности вернуть его первоначальные уши вместе с безвозвратно потерянным уникальным даром непревзойденной их подвижности. «Имеющий — да не ценит, потерявший — плачет». В результате Витя смирился и направил все свою энергию на восстановление пошатнувшихся родственных связей.

Финал этой истории был следующим — Витя старательно извел не один кубометр бумаги для написания покаянных писем на свою малую родину в Пилопедрищенск, умоляя всех своих многочисленных родственников принять и возлюбить его такого, какой он есть, и помочь ему убедить своего сурового и непреклонного отца, чтобы он сменил гнев на милость. А еще лучше — в перспективе, простил сына своего неразумного и заключил его в свои объятия.

Стоит отметить, что вода и камень точит. Его титанический труд не прошел даром, суровое отцовское сердце со временем оттаяло, и Витя получил официальное родительское прощение.

А когда пришло долгожданное всеми время надеть золотые лейтенантские погоны и выпускаться из родного училища, то из Пилопедрищенска приехал многочисленный десант клана Копыто.

Вот тут уже веселилось все училище поголовно. Такого количества людей с шевелящимися ушами, мы больше не встречали нигде и ни разу.

29. Городской патруль

— Так! Так, так, так! — майор-ракетчик смотрел на нас снизу вверх. Он был очень маленького роста, в районе 160-ти сантиметров (с нижней границы), в фуражке несколько выше естественно, а если в прыжке, то вообще — видный гренадер, а так — толстенький и лысенький коротышка — этакий Колобок.