Людоеды

Надо было сказать, где находится, глядишь, сейчас бы уже наверху воздухом дышал, а не сидел в душной темноте, не зная, что дальше делать, как выбираться из этой мышеловки.

– Прикончат они нас, всех прикончат!

Истеричный выкрик раздался столь неожиданно, что Вовец вздрогнул и схватился за карман со стрелялкой. Увы, но штормовку он сбросил вместе с рюкзаком возле котла. Стрелялка осталась там же.

– Да заткнись ты, урод! – с самыми хамскими интонациями крикнула Жека.

Вовец достал зажигалку, поднял над головой длинное желто-голубое пламя. Огонь отразился в зеркале, прибавляя света. Из угла, словно кролик из норы, глядел человек, кривил темные губы в плаксивой гримасе. Поблескивали стеклышки очков, резкие тени уродовали лицо.

– Кто это? Тоже заложник? – спросил Вовец с любопытством.

– Да так, труп ходячий. – Жека презрительно махнула рукой. – Одним словом, Шеломов.

Вовец осмотрелся, насколько позволял мертвый газовый свет. Погасил зажигалку и осторожно присел на кровать, стараясь держать спину прямо. Ему было не до выяснения личности человека из угла. Жека присела рядом, прижалась, обняла Вовца, ткнулась носом в плечо.

– Боже мой, ты вернулся ради меня. Какой ты! Правда, мы выберемся из этого кошмарного подвала?

Вовец дернулся и охнул от боли. Жека слишком сильно провела ладонью по спине.

– Осторожно. У меня вся спина дробью нафарширована.

– Я же не знала, прости. Что ж ты сразу-то не сказал? – засуетилась девушка. – Раздевайся, надо посмотреть, что-то сделать, забинтовать или ещё как-то… Это они, гады такие, в тебя стрельнули? Я же слышала, гремело в коридоре. Так это в тебя?

Стараясь не делать резких движений, Вовец развязал и снял парашютный строп обвязки. Потом стянул рубашку. Улегся, постанывая, на живот. Из угла доносилось невнятное бормотание Шеломова. Похоже, за многие месяцы подземного заключения, у него появилась такая привычка – не то думать вслух, не то таким образом разговаривать самому с собой.

– Черт! – ругнулся Вовец, – я же ботинки в коридоре забыл и нож. Так обрадовался тебе, что все из головы вылетело. Прямо тут, возле самых дверей. Поставил на пол и забыл.

– Эх ты, – девушка ласково потрепала его волосы, – ладно, хоть сам там не остался, сюда вошел.

– Я сейчас принесу ботинки, – неожиданно проскрипел из угла Шеломов севшим голосом.

– А ты давно здесь? – громко спросил его Вовец.

– Давно, – уныло отозвался Шеломов. Такое впечатление, что у него высохло горло и западает язык. Скрипит, как старые часы с кукушкой.

– Сколько их здесь? – Вовец задал новый вопрос.

Шеломов, медленно перемещаясь в темноте, столь же медленно принялся перечислять:

– Бугор – это раз, потом Садык – это его помощник, два. Потом Митро… или Дмитро… В общем, три.