Кошка в сапожках и маркиз Людоед

Бережно перебирая книги, я отыскала, наконец, учётные записи аптеки – три пухлых тома, исписанные тесными строчками. Хорошо, что буквы были печатными – легко разобрать. Я нашла нужный мне период и принялась внимательно просматривать записи семилетней давности. Мне самой было непонятно, что я должна найти, но тревожные колокольчики в моей голове тенькали, и я ничего не могла с собой поделать."

"Увы, меня ждала полнейшая неудача – как и предсказывал Феликс, никаких записей о подозрительных вызовах в книге не было. Последняя запись была в мае, а потом уже записи велись другой рукой – Феретом, насколько я поняла.

Перебирая книги, я наткнулась на книгу учётов и самого господина Лиленбрука. Меня заинтересовало, что на титульном листе крупными буквами было выведено «Огресты», и я пролистала страницы. Это были отчёты по расходам за тот период, когда господин Лиленбрук был опекуном Ноэля и Шарля. Двадцать лет назад. Когда ещё милорд Огрест бегал в подростковых штанишках. Я с улыбкой прочитала строки, где значилось «игрушки Шарлю – пять серебряных монет, книги Ноэлю – десять серебряных монет». Лиленбрук был рачительным опекуном – расходы в год на двух наследников были не больше пяти золотых в год. Лиленбрук скрупулезно записывал, на что была потрачена эта сумма – один золотой перечислен на счёт в Королевский банк, часть потрачена на одежду, часть – на обучение, часть на питание. Дотошный дедушка.

Но сумма в пять золотых была очень неплохой. Особенно двадцать лет назад. Пусть Лиленбрук и рачительный, но заботился о подопечных хорошо…

Я вела пальцем по строчкам и словно оказалась в глубоком прошлом – когда Ноэль Огрест был ещё подростком, когда ему требовались «башмаки летние и зимние», «пять перемен белья», «батистовая рубашка для торжественных случаев»…

«Георгиана Нуар – отчисления в Королевский банк, тридцать пять золотых», - прочитала я, и палец мой сам собой замер на этой записи.

Тридцать пять золотых? Да это целое состояние. Кто такая эта Нуар, если ей Огресты заплатили, как за спасение жизни?

Заинтересовавшись, я просмотрела другие страницы старой книги, но нашла только ещё одно упоминание о Георгиане Нуар только за предыдущий год, когда ей выплатили на счёт в Королевском банке пять золотых. В один год заплатили пять, а в другой – тридцать пять? Хм… Надо будет разузнать об этой интересной особе.

Нашла я и книгу учёта доктора Каннинга, и там тоже не обнаружила ничего особенного. Последний записанный вызов был вызовом в замок Огрестов, на роды у Юджени Огрест, и внизу было старательно выведено «без осложнений, девочка». Потом через неделю шла запись: переезд в Динь-ле-Бен, улица Плисжюр, 12.

Даже адрес указан.

И у меня не было оснований сомневаться, что доктор проживает именно там.