Близкие люди

«Вот свинья какая, — подумала Ингеборта, и ей неожиданно стало весело. — Интересно, кто его так запугал, что он на меня даже смотреть не может? Жена, что ли?»

Где-то припадочным звоном зашелся мобильный телефон, и Иван моментально отцепился от медвежьей отцовской лапы и навострил уши. И весь напрягся. И стиснул костлявые острые кулачки.

Он боялся телефонов и ненавидел их.

— Ты что? — спросила у него изумленная Ингеборга. — Что случилось, Иван?

Но он ее даже не слышал.

— Да! — сказал Степан отрывисто."

"— Павел Андреевич, это Хорошилов Сергей, я из вашего офиса…

Голос был совсем незнакомый. Степан не знал никакого Хорошилова Сергея из офиса.

— Я охранник, Павел Андреевич, — пояснил голос неуверенно, — с Большой Дмитровки… Вы меня слышите, Павел Андреевич?

— Слышу. — Степан уже знал, что там, в офисе на Большой Дмитровке, что-то случилось, и что он сейчас об этом узнает, и что изменить уже ничего нельзя потому, что это уже случилось, случилось, и деваться ему, Павлу Степанову, некуда.

— У нас ЧП, Павел Андреевич. Вы можете приехать?

— Да, — сказал Степан. — Могу. Минут через пятнадцать приеду. Жертвы и разрушения есть?

Инга Арнольдовна посмотрела на него как на полоумного, а замерший соляным столбиком Иван напрягся еще больше. Степан отвернулся от них.

— Жертв нет, — доложил Сергей Хорошилов, — но вам, наверное, лучше приехать, Павел Андреевич.

— Сейчас буду. — Степан осторожно положил смолкшую трубку в пепельницу и за воротник притянул к себе Ивана. — Ну что ты так пугаешься, дурачина? Просто у меня дела. У меня всегда… дела.

— У тебя неприятности, да, пап? — В глазах у него прыгал страх, и Степан ненавидел себя за то, что его сыну было так страшно.

— У меня все время какие-нибудь неприятности. — Он старался быть как можно более убедительным. — Ничего такого. Я справлюсь. Только ты, пожалуйста, не пугайся так сильно.

Он положил ладонь на золотистую макушку и посмотрел на Ингу Арнольдовну.

— Я должен уехать, — сказал он, хотя это и так было совершенно ясно, — вы сможете с ним побыть еще часок? Если нужно, я заплачу дополнительно, и домой вас отправлю на такси, и за такси тоже заплачу…

Она выслушала всю тираду совершенно хладнокровно.

— Да, — сказала она и повернулась к Степану спиной, чтобы достать с полки чашки, — конечно, мы вполне сможем еще немного побыть вместе с Иваном. Только я считаю, что, прежде чем уехать, вам непременно следует выпить чаю.

Акцент — или не акцент, а какая-то странность речи — неожиданно проступил особенно отчетливо, и Степан подумал, что она, наверное, начинает так говорить, когда злится или чего-нибудь не понимает.

— Я не могу сейчас ничего пить, — пробормотал он. — У меня ЧП на работе.