Требуется жених. Людей просьба не беспокоить!

Даже папа не знал, когда они у нас завелись, но кристаллы сопровождали нашу семью не одно поколение. Папа запрещал рассказывать посторонним, говорил, что это наказ дедушки. Никто и не знал. Разве что граф Ви’Ассар, но ведь он был близким другом отца.

Почему же невидимый шрам Брана заставил меня нервничать?

– Валерия!

А вот и Бран, легок на помине! Но вместо того, чтобы остановиться, я ускорила шаг. Бран без труда догнал меня и взял за локоть. Я вырвала руку.

– Что опять случилось, Вэл? В чем я провинился?"

"Впервые с момента знакомства мне было страшно повернуть голову и посмотреть на его лицо. Что, если дефект зрения, или что бы там ни было, пропадет именно сейчас и я увижу жуткий шрам, обезобразивший лицо журналиста?

Серые глаза смотрели с тревогой. На щеках двухдневная щетина: вот не любит человек бриться. Обветренные губы. Но никакого шрама нет и в помине. Не веря своим глазам – кто же не знает о маскирующей магии, – я протянула ладонь и осторожно коснулась щеки Брана. Провела от висков к уголкам губ, по подбородку, пробежала кончиками пальцев по скулам. Пальцы покалывали волоски, но я не обнаружила ни следа шрама.

Бран не отстранялся, не возмущался. Он все сразу понял. Терпеливо ждал, пока я закончу «осмотр», и вдруг, когда моя ладонь скользнула по его губам, тихонько поцеловал ее.

– Ты что?!

Кожу будто кипятком обдало – не буквально, конечно. Я отдернула руку.

– Прости. Не удержался. Больше не повторится.

Я боролась с желанием подуть на пальцы и с ужасом смотрела на Брана, точно впервые его увидела.

– Может быть, ты объяснишь, о каком шраме толковала подавальщица в «Лесном орешке», – холодно спросила я и все-таки не удержалась от колкости: – Ты ведь мой друг, правда, Бран?

Годы, проведенные в одиночестве, не прошли зря. Душа Валерии Ви’Аро надежно упрятана в скорлупу. Мне стало больно от того, что Бран утаил от меня нечто важное, но больно лишь на миг.

– Присядем? – Бран указал мне на скамейку, которая стояла под аркой, обвитой лианами.

Я качнула головой.

– И все же… позволь.

Он подвел меня к скамье, усадил и сел рядом.

– Шрама нет, – сказал он сразу. – То, что видят остальные, – иллюзия.

– Вот как? Почему же я не вижу этой иллюзии?

Бран пожал плечами и вслух добавил:

– Я был уверен, что видишь. Думал, именно поэтому ты сначала и смотреть на меня не хотела. Я часто сталкивался с неприятием со стороны женщин…

– Ничего не понимаю! – Я помассировала виски. – Если это иллюзия, то просто убери ее. Или… Как ты ее вообще сделал? Амулет? Заклятие? Или… проклятие?

– Это не проклятие. Это, скажем так, маскировка. В свое время я выложил кругленькую сумму магу в столице, чтобы он создал иллюзию.

– Но зачем?

Бран криво усмехнулся. «Ты точно не понимаешь?» – спрашивала эта горькая ухмылка.