Требуется жених. Людей просьба не беспокоить!

Я указала подбородком на столик у окна. Кролл собирался было плюхнуться на место, но увидел мои судорожные подмигивания, опомнился и сначала отодвинул стул для Лирры.

Пока я нервно вытирала пот салфеткой – первый этап прошел успешно, клиенты добрались до места свидания! – Бран, этот невозможный человек, заказал баранину в горшочках, мясную нарезку, овощной салат, сырные шарики: заставил весь стол.

– Что это? – прошипела я, когда передо мной опустилась тарелка с салатом.

– Ужин, – невозмутимо ответил Бран.

– Я на работе!

– А я после работы и голоден! Не хочешь – не ешь! – парировал он.

Я поскрежетала зубами, положила сырный шарик на ломтик хлеба, чтобы не обижать Брана отказом, и сосредоточила внимание на клиентах.

Все шло плохо. Хуже некуда. Лирра застыла, будто пораженная взглядом василиска. Челка снова закрыла глаза. Кролл трясущейся рукой подлил сока в ее бокал и сел, с сомнением глядя на вилку."

"Подавальщицы, негодницы, зная троллей, принесли каждому еще и ложку. А котлеты с гарниром положили в деревянные миски. Бесстыжие. Разве не видят, что перед ними воспитанные тролли с манерами?

– Солнце-то как нынче жарит! – пробасил Кролл.

Я советовала ему начать разговор с погоды: самая нейтральная тема. Но что за словечко – «жарит»? Я деликатно покашляла. Бран, прищурившись, посмотрел на меня. Он не знал о нашем уговоре с троллем, но догадался, что я подаю знаки.

– Ярко светит, – сипло поправился Кролл.

Умничка. А что там Лирра? Она быстро взглянула на меня и пробормотала:

– Да-да.

– А в моих Болотищах шо ни день, так потопище! – воодушевился ответом спутницы Кролл.

Я поперхнулась уже по-настоящему и возмущенно закашляла. Мои тролли потупились, глядя в тарелки. Оба пока не притронулись ни к еде, ни к питью.

Все разваливалось. Столько труда, столько усилий – и напрасно. Как только позволят приличия, оба бросятся бежать куда глаза глядят. А ведь я видела, я точно знала, что Кролл и Лирра подходят друг другу. Как же они сами этого не замечают?

Я промокнула глаза кончиком носового платка. Злилась и на них, и на себя. Что я сделала не так? Я так старалась. Натолкнулась на ироничный взгляд Брана. Он наклонился вперед и подцепил кончиком вилки веточку петрушки, кстати, единственное, что осталось лежать на блюде с сырными шариками. Неужели я все съела? Это от нервов…

– Не вижу ничего смешного, – проворчала я. – Все очень грустно!

– Ты мне доверяешь? – неожиданно спросил он.

– Почти, – обтекаемо ответила я.

– Тогда оставь их в покое, позволь им самим разобраться.

– Но…

– Никаких «но»!

Я махнула рукой: свидание и так загублено, хуже не будет. Вздохнула и отвернулась.