Невольница любви

— Она знает, что ты намереваешься сделать с ее ребенком, Джемми? — пробормотала Жасмин, глотая слезы.

— Нет. Не стоит понапрасну ее расстраивать. Кроме того, она стала почти прежней Индией. И я боюсь все испортить.

— Да, — кивнула Жасмин, — ты прав. Так благоразумнее всего.

Она посмотрела вслед дочерям и услышала смех Индии; конь Фортейн как раз поравнялся с коляской.

— Мама все еще плачет? — поинтересовалась младшая.

— Нет, успокоилась, — заверила Индия. — Что заставило тебя поехать со мной? Ты когда-нибудь бывала в А-Куиле? Я слышала, что это крохотный одинокий домишко. Там, должно быть, такая тоска, что мы с тобой скоро перессоримся и поубиваем друг друга.

— Уж лучше воевать с тобой, чем торчать всю зиму в Гленкирке, — пояснила Фортейн. — Расскажешь о своих приключениях… Интересно, каково это, когда тебя любит мужчина? У меня еще все впереди.

— Если папа смирится с потерей второй дочери и отпустит тебя, — предупредила Индия."

"— На этот раз мама ему не позволит. Значит, и ты заметила. Что это на него нашло? Боится расстаться со своими девочками? — усмехнулась Фортейн. — Бедный папа! Он и в самом деле любит нас до безумия. Но в будущем году все изменится. Мы выйдем замуж. Генри переехал в Кэдби, а король написал папе, что весной Чарли должен приехать ко двору и поселиться в Куинз-Молверн, как подобает герцогу Ланди. Папе придется довольствоваться обществом Патрика, Адама, Дункана и Отем. Несчастная Отем! Представляю, что будет твориться, когда настанет время найти ей супруга. Как по-твоему, папа сможет с этим смириться?

— Не знаю, — фыркнула Индия, — но думаю, наш долг — помочь ей сбежать.

— Как приятно снова видеть тебя веселой, — задумчиво протянула Фортейн.

— Не было причин для радости, — вздохнула Индия. — Но скоро у меня будет мой сынок, и чего еще желать от жизни?

— Берегись, — предупредила Фортейн, — папа собирается отнять у тебя малыша. Правда, мама пытается уговорить его не делать этого.

— Будем надеяться, что ей это удастся. Если же нет, отец найдет во мне смертельного врага. Я никому не позволю украсть у меня ребенка. Это сын Кейнана-реиса, и я буду защищать его до последней капли крови. И прокляну Джеймса Лесли, если он хоть пальцем тронет мое дитя! — свирепо прошипела Индия.

— Ты изменилась, — покачала головой Фортейн.

— Верно. Превратилась в злобную тигрицу, и не дай Господь кому-нибудь встать на моем пути.

Глава 17

А-Куил перешел к Лесли из Гленкирка от матери нынешнего герцога, леди Стюарт-Хепберн. Первоначально он принадлежал Джин Гордон Хей, бабушке Кат со стороны отца, которая и подарила его внучке. Несколько поколений Гордонов, Хеев и Лесли пользовались им как охотничьим домиком, поэтому небольшое владение всегда было готово к приему гостей.