Невольница любви

Наши семьи обручили нас, когда я еще не умела ходить, а он был совсем мальчиком Он всю жизнь оставался таким же строгим педантом, неизменным в своих принципах и неуклонно придерживавшимся своих взглядов на жизнь, как ты, сын мой, а я — вольней пташкой, настоящей дикаркой, свободолюбивой и упрямой, как шотландский пони. Но я любила его, как подобает жене, до тех пор пока он не бросил меня на потеху королю. Однако мы оба знаем, что я была готова на все ради Френсиса. Мы оба сошли бы в могилу, так и не признавшись друг другу в своих чувствах, не окажись твой отец так безумно ревнив и не подвергни он меня таким пыткам. Патрик Лесли не столько глупец, сколько упертый осел, столь же неукротимый и гордый, как я, хотя и не желал этого признавать.

— Мы похороним ваши сердца в фамильном склепе, — пообещал Джеймс.

— Только ты, Коналл и я будем знать правду, — улыбнулась Кат.

— Как по-твоему, он не возражал бы найти вечное упокоение в Гленкирке? — полюбопытствовал Джемми.

— Он по достоинству оценил бы шутку. Подумать только, не твой отец, а он ляжет здесь! Я почти слышу, как он хохочет, Джемми.

— Когда ты собираешься сделать это? — осведомился сын.

— Как можно скорее. Мне нужно вернуться в Рим, прежде чем дороги окончательно не раскиснут. Я приехала только затем, чтобы привезти Френсиса домой и позаботиться об Индии. Я отплыву в Абердин еще до дня святого Андрея16.

— Останься на зиму, — попросил сын.

— Не выношу эту погоду, Джемми, — покачала головой Кат. — Я уже немолода. Шестьдесят пять лет, сын мой! В Риме зимы куда теплее, и я меньше болею.

— Но на море неспокойно, — возразил он.

— В ноябре, прежде чем зима установится, чаще всего выдаются прекрасные деньки, — тихо возразила Кат. — Путешествие в Кале займет меньше времени, чем переезд через всю Англию в Дувр. Навещу твою сестру и Жан-Клода и отправлюсь в Марсель через Монако, Сан-Лоренцо и Геную, а потом во Флоренцию и Рим. У меня там друзья, и поездка будет не столь уж тяжелой. Сюда мы прибыли тем же маршрутом; но каждую ночь останавливались на ночлег, чтобы дать роздых лошадям. Кучер ждет меня в Кале.

— Но как ты добралась сюда из Абердина? — удивился Джеймс, полагавший, что мать путешествовала в своей карете.

— Все устроили Кира, семейство банкиров, — пояснила мать. — Они всегда и во всем мне помогают.

Верная своему слову, Катриона Стюарт-Хепберн совсем немного погостила у Джеймса. Узнав о приезде матери, все дети съехались в Гленкирк. Сыновья — Колин и Роберт, дочери — Бесс, Аманда и Мораг. Они так долго не виделись, что стали почти чужими. И внуки. Так много внуков! Явились и братья Кат с семьями, и снова, кроме отчужденности, она ничего не почувствовала. Добросердечные, грубоватые горцы… Она казалась среди них белой вороной.